Сотня фунтов — целое состояние даже для Даггера. Дэнни надеялась этим смягчить его. Но напрасно. На деньги он едва взглянул. А Дэнни с запозданием поняла, что допустила ошибку: Даггер наверняка сочтет, что правила она нарушила умышленно.
— Ты меня выслушаешь, Даггер? — спросила она. — Вчера у меня не было выбора.
— Я знаю, что тебя сцапали, а еще мне известно, что в тюрьму ты не попал.
— Это была ловушка. Им был нужен вор.
— Ты же знаешь правила, так почему не отказался?
— Как я мог отказаться, если меня связали и увезли? — возразила Дэнни.
— Но рано или поздно тебя должны были развязать, — напомнил Даггер, многозначительно взглянув на деньги. — Мог бы удрать.
В его словах была логика. Дэнни устало объяснила:
— Тогда я заблудился бы в лесу и нипочем не добрался до Лондона.
— Ты уезжал из Лондона?!
От этого вопля Дэнни поморщилась.
— Потому и не смог сбежать сразу. Из Лондона я никогда не уезжал. Мне понадобилась бы целая неделя, чтобы добраться до дому. А они поклялись, что отвезут меня домой, если я ограблю одного лорда.
— Лорда? — Этот возглас прогремел громче. — Еще скажи, что в его собственном доме!
Дэнни представился случай соврать — так ей и следовало поступить. В конце концов, это правило было главным. Но по вопросам Даггера она уже поняла, что такой ответ мало что изменит.
— Собирай свое барахло и выметайся отсюда. Это последнее правило, которое ты здесь нарушил.
Дэнни не дрогнула. Она заранее знала, что именно услышит, несмотря на все оправдания, и не ошиблась.
Но она не ожидала, что у нее вдруг сдавит грудь, а в горле вырастет ком. Целых пятнадцать лет Даггер заменял ей семью. Обиднее всего было видеть, как бестрепетно он ее выставляет.
Лить слезы она не собиралась. Плакать позволено женщинам. Или детям, а она уже давно не ребенок. Ей положено вести себя по-мужски, вот она и старалась. И все-таки не выдержала и поспешно отошла от стола, пока Даггер не заметил влажный блеск в ее глазах.
В большой комнате она направилась прямиком к своему тюфяку. Туго скатывая тюфяк, Дэнни не представляла, где и когда разложит его в следующий раз. Рядом валялся ее почти пустой мешок. В нем Дэнни держала единственную смену одежды. Своего любимца в коробке она сунула в мешок, чтобы было удобнее нести.
Двое детей, которых Дэнни застала спящими, от шума проснулись, сели на тюфяках и расплакались. Проходя мимо, Дэнни торопливо обняла их по очереди.
