Вместе и навсегда

Скажи, — настаивала она, не обращая внимания на свой дрожащий голос.

Его губы сжались, а мышца на виске дрогнула.

— Я согласился на первоначальные уступки, обещанные Аднаном, — снижение тарифов на их импортные товары в обмен на помощь моему двоюродному брату в посредничестве в установлении мира в северном регионе. Чего Аднан не понял, так это того, что они создали ту самую ситуацию, которую, как они утверждали, помогли разрешить. Это была уловка, которую они использовали несколько раз.

— Тогда почему ты согласился на это?

Удивление зажгло его глаза.

— Тебе действительно нужно спрашивать меня об этом? Ты знаешь, что мне пришлось испытать, пока ты была в плену, Анаис?

Но она не обманывала себя, думая, что она была причиной этого.

— Прекрати вести себя так, как будто я важна для тебя. Как будто мы важны!

Он провел жесткими пальцами по волосам, нахмурив брови.

— О чем ты говоришь?

Она втянула воздух и задержала его на самое долгое время, прежде чем выдохнуть.

— Ты заключил соглашение с королевским советом, что будешь править Риялом только десять лет? Что после этого тебе будет все равно, кого найдут править вместо тебя, лишь бы это был не ты? — спросила она.

Он застыл от шока, его челюсть отвисла. Но ей не нужно было слышать, как он подтвердит эти слова. Она увидела ответ в его глазах.

— Анаис…

— Избавь меня от объяснений. Теперь мне все известно, мой лицемерный король.

Он резко вдохнул.

— Следи за языком, дорогая, — предупредил он с убийственной мягкостью.

— Вспомни, как ты следил за своим, когда говорил мне о долге и ответственности. Он сделал один широкий шаг к ней, затем почти сразу развернулся, чтобы уйти.

— Это… с тех пор многое изменилось. — Он покачал головой. — Тебе нужно отдохнуть. Сейчас не время обсуждать это."

"— Ты прав. Сейчас не время. Но ты можешь быть уверен, что нам не придется возвращаться к этой теме.

Возможно, ее душа знала, что ей нужно сохранить силы.

Джавид выглядел пораженным. И она поняла, что ее слова наконец дошли до него. Он сделал решительный шаг к ней, его глаза сузились, отвергая ее заявление.

Анаис отвернулась от него, натянула одеяло до подбородка и уставилась в стену. Прошли напряженные минуты.

Затем он вышел из комнаты, а она наконец позволила рыданиям вырваться наружу.

В течение следующих трех месяцев они поддерживали видимость счастливой семейной жизни.