— Не думаю, что это хорошая идея, — трачу огромные ресурсы организма на то, чтобы голос звучал тверже и перестал, наконец, дрожать.
— Это единственно верная идея, — Марат пытается давить на меня своим взглядом, вот только несмотря на внутреннее сопротивление, я намерена стоять до конца.
— Ты не можешь вернуться домой, — при этом он делает какие-то ошалелые знаки глазами, что я едва сдерживаю улыбку.
— Я и не собираюсь ехать домой. Скоро здесь будет старый друг и он поможет нам с Тимуром.
Чувствую себя полной дурой из-за того, что приходится говорить загадками, но не могу же я при сыне объяснить Марату, что в его помощи мы больше не нуждаемся и справимся сами, так же как справлялись все эти годы? Ну ладно, не сами, но без него так точно.
— Кому ты позвонила? — шипит Марат. — Кому ты рассказала где ты?
Я кошусь на сына и тоже делаю большие глаза, как Скалаев минутой ранее.
— Малыш, хочешь я покажу тебе что-то? — наконец, не выдерживает врач. — У нас тут такие приборы огромные есть, держу пари, ты никогда таких не видел.
Слышал что-то о рентгене?
— Это такая машина, которая делает фотографии костей, — деловито отвечает Тимур. — Мы с мамой о них читали.
— Отлично. Хочешь посмотреть на эту машину? — с улыбкой интересуется доктор.
— А можно? А можно мне фотографию ноги сделать?
Ответа доктора я не слышу, потому что они уже выходят из палаты, но искренне надеюсь, что у Альберта Аркадьевича хватит ума не облучать моего сына лишь бы угодить Марату.
— Принцесска, — Скалаев в момент оказывается у моей кровати, — кому ты позвонила?
— Торопову, — признаюсь, понимая, что нет смысла держать интригу.
В любом случае он легко может проверить исходящие звонки на своем телефоне. — Он уже давно не безопасник, но связи у него остались. Я в нем уверена.
Когда-то Лев Игоревич был начальником охраны моего отца. тот в свое время переманил его из органов. Но он всегда был больше, чем просто наемным работником, он был кем-то вроде друга. Сейчас Торопов возглавляет фонд ТимКрейт, а значит сможет не только обеспечить охрану нам с Тимуром, но и поможет разобраться во всей этой ситуации с МиКрейтом.
Он как никто другой хорошо знает кухню изнутри.
— Сейчас ни в ком нельзя быть уверенным, — с досадой произносит Марат. — Пока мы не знаем кто за этим стоит, нельзя никому доверять.
— Даже тебе? — с усмешкой интересуюсь.
— Мне можно, — мгновенно отвечает он. — Мне и моим людям, больше никому.
— Твои люди вчера проворонили поджигателей на Фабрике, — напоминаю.
