Вне клана

Понять эмоции на змеиной морде было трудно, но мне показалось, будто она выражала недоумение. Потом из-за спины донеслось деликатное покашливание и Амана спросила:

— Райн, ты зачем сейчас шипел?

— В смысле шипел? — я развернулся к ней.

— Шипел, — она пожала плечами. — Вот как этот, — и показала на ветси.

Я моргнул. Потом в памяти всплыло, как я понимал речь гаргун, а Кастиан нет.

— Я сам продолжу переговоры, — сказал я ей. Потом пристально посмотрел на ветси.

— Ты ведь понял меня, демон?

Голова того прекратила покачиваться.

— Ты говоришь, человек. Как ты можешь говорить, человек?

Хотя сейчас я прислушивался к словам демона, мне все равно казалось, будто тот говорит на человеческом языке, только сильно растягивает шипящие звуки.

— Могу, вот и говорю. Так как насчет переговоров? Мы тебя не убиваем, а ты помогаешь нам выбраться отсюда?

Ветси вытянул голову вперед, ко мне, и втянул воздух ноздрями.

— Ты пахнешь, как обычный человек. Ты даже не пахнешь магией. Ты не должен говорить, — похоже, этот факт настолько сбил демона с толку, что он даже не вслушивался в смысл моих слов.

Слегка раздраженный, я шагнул вперед и поднес острие топора к кончику его морды.

— Я разрублю тебя вот этим на куски, — сказал я нарочито медленно. — Тогда тебе будет все равно, говорю я или нет.

Ветси отдернул голову так далеко, как мог.

— Чего ты хочешь, человек?

— Уже лучше, — я немного опустил топор. — Мы застряли в Гаргунгольме и хотим выйти в мир людей. Ты можешь покинуть это место. Выведи нас — и мы оставим тебя в живых.

— Выйти в мир людей, — повторил ветси. — Хорошо. Но вам придется освободить меня.

— Освободим, — согласился я, — после клятвы.

В древней книге говорилось, что, когда ветси клялись именами морских богов, данные обещания они выполняли. К сожалению, автор эти самые имена не упомянул ни разу — я ради них перечитал книгу трижды, думая, что пропустил. После долгих обсуждений мы решили использовать имя Пресветлой Хеймы — если демоны боялись силы ее жрецов, то уж явно должны были бояться нарушить клятву, данную ее именем.

После того, как я перечислил все условия освобождения ветси из ледяного плена, тот некоторое время молчал, потом без особого сопротивления прошипел те слова, которые от него требовались.

— Он дал клятву, — сказал я Амане.

Она глубоко вздохнула и подняла руки, одновременно с заученным жестом произнося нужные слова. Лед вокруг ветси начал таять, оставаясь таким же крепким и уходящим в глубину во всех остальных местах.