Вне зоны доступа

Ничего уже не могло меня остановить. По стенкам палатки барабанил дождь. Ему вторили наши стоны и пошлые звуки секса. Я забылся, потерялся в лавине обрушившихся на меня ощущений. Я даже забыл о том, что женщине, чтобы кончить, нужно немного больше, чем эти рваные, может быть, даже болезненные толчки. Ни о какой дополнительной стимуляции речи не шло. Я просто забыл, как нужно. Растерял весь свой опыт, полученный не с ней и не здесь. Как будто вернулся в свой первый раз… И лишь когда она с тихим придушенным стоном кончила, с жадностью вокруг меня сжимаясь, понял — ей и не надо было ничего сверх.

Лишь я. Вот такой… настоящий.

Собственное освобождение было таким мощным, что я на несколько секунд отключился. Меня привел в себя оглушительный раскат грома и Яськино тихое:

— Ты как?

Если бы я знал… Хотелось мне ответить. Если бы, мать его, я только знал. Вина сжирала меня и ставила перед выбором."

"— Готов повторить, — прокряхтел я, отмахиваясь от этого чувства, как от назойливой мухи, и скатываясь на бок.

Глава 17

Мне нужно было выйти. Остыть, чтобы прийти в себя. Но дождь все лил, а потому я могла только мечтать об уединении. Хорошо хоть Данил заткнулся и лежал тихо, ничего не говоря и не спрашивая. Его дыхание было размеренным. Оно шевелило влажные волосы на затылке и разгоняло мурашек по моей коже. Можно было подумать, что Соловьев уснул, если бы не его твердые пальцы, поглаживающие меня по бедру.

Взгляд невольно скользнул по небрежно сброшенным, завязанным на узлы презервативам.

Он хорошо подготовился… И я не знала, как это расценивать. Означало ли это, что Данил считает меня доступной? И как вообще он мог с кем-то быть… вот так, если любил другую? А я… как?

Резким движением сбросив его руку, я села на задницу и потянулась к сваленной как придется одежде.

— Ты это куда?

— Никуда. Просто оденусь. Прохладно как-то.

— Серьезно? Пять минут назад здесь было жарко, как в аду.

Я обернулась. Хлестнула взглядом по улыбающейся роже Соловьева.

С губ рвались всякие глупости. И я с трудом удерживала себя от того, чтобы его послать. Даже сон куда-то делся, хотя после такого изматывающего секс-марафона я, наверное, должна была упасть замертво.

— Эй… Ну, ты чего завелась?

Я промолчала. Выдернула из-под его голой задницы свой топ и, стараясь не смотреть на все остальное, потому что, видит бог, там было на что смотреть, просунула руки в рукава. Между ног было влажно.