— Это была девочка, — я глотаю соленые слезы, которые рукой струятся по моим щекам. То, что Алиса пережила, не каждый смог бы выдержать и не сломаться. А она сломалась.
— Да, — кивает Даниил. — Ты себе даже представить не можешь, Агги, каково это, когда ты каждый день просыпаешься с разъедающим чувством вины. Когда весь мир блекнет на фоне той трагедии, что пришлось нам с Алисой пережить. Это страшно. Очень.
Даниил проводит рукой по волосам и подносит кулак ко рту, стискивая зубы. Кажется, совсем невозможно поверить в то, что случилось много лет назад.
Такое ощущение, будто я сама чувствую эту душераздирающую боль, что пришлось испытать и Алисе, и Даниилу.
— Мы разошлись, разумеется. Каждый из нас должен был пережить трагедию по-своему. Она стала с кем-то встречаться, у меня была лёгкая интрижка с Дашей, а потом Алиса снова вернулась в мою жизнь. Но уже в качестве партнёра по бизнесу. Между нами больше ничего быть не могло, конечно же, но Алиса считала иначе. А потом появилась ты, Аг-ги.
И все пошло наперекосяк.
Я молчу, то и дело, смахивая струящиеся слезы. Теперь между нами нет секретов. Мы, наконец, можем начать нашу историю с чистого листа.
— Я захотел тебя себе. Молодую девчонку, в которой жизнь горела и продолжает гореть огнем. Ты стала для меня глотком свежего воздуха. Но, как тебе уже известно, я не из тех людей, которые проявляют хоть какие-то чувства. В этом я весь в отца. Но ты зацепила. Правда, понял я это уже гораздо позже. Я хотел сблизиться с тобой по-настоящему, узнать тебя, но не сложилось.
Мой начальник службы безопасности сливал всю информацию конкурентам, и в один момент я просто оказался в полном дерьме. Эти люди едва не отправили на тот свет мою мать, когда она проходила реабилитацию за границей, — мужчина тяжело вздыхает, потирая лицо руками. — Пронюхали и про тебя. А потом тот мальчонка с тобой в кафе, противозачаточные и все. Меня накрыло. Вычеркнуть навсегда тебя из своей жизни — лучшее решение. Как мне тогда казалось.
— Но ты пять лет не интересовался моей жизнью…
— По-другому и быть не могло, Агния. Только сейчас я понимаю, как был не прав, — Даниил накрывает мою руку своей ладонью, не отводя взгляда. — Я должен был выждать время, а не отказываться от тебя тогда.
— Признание в любви по-воскресенски? — усмехаюсь я.
— Можно и так сказать, — улыбается мужчина.
— Вот скажи, в чем твоя проблема, Даня, почему тебе так сложно произнести эти три слова.
