Внебрачный ребенок

— Отпущу, но сначала ты мне ответишь еще на один вопрос. Ты в бизнес Быстрова деньги вкладывала? Бумаги какие-нибудь подписывала?

— Да! Просила у сестры денег для своего любовника! Доволен? — Роберт усмехнулся, приподняв уголок губ.

— Давай без яда, — я смерила его недовольным взглядом. — Я недавно был на встрече с Мирзоевым. Да, тем самым, который спонсирует Быстрова. Мы с Саттаром давно дружим, я попросил его рассказать подробнее про сеть клиник твоего бывшего жениха, и увидел в документации, которую мельком имел возможность пролистать, в нескольких местах на платежках твою фамилию и подписи.

"— На меня оформлен один кредит, но платит его Быстров. Ты можешь проверить это. Никаких денег я не брала у Кристины!

— Какая сумма знаешь? — спросил Роберт и я уловила в его голосе раздражение.

— Кредита? — он кивнул.

— Около трех миллионов.

— Неплохо… — протянул он. — А на что?

— Перед этим он брал на строительство новой клиники, а этот, небольшой, чтобы закупить недостающее медицинское оборудование.

— И в случае чего у тебя таких денег, конечно, выплачивать кредит нет?

— В случае чего? Почему ты говоришь о нас с Быстровым в прошедшем времени? С чего ты взял, что я собираюсь с ним расставаться, отказываться от своей новой должности? Ты что-то придумал себе и давишь на меня, идешь напролом. Кто тебе дал такое право? Да, я поступила ужасно шесть лет назад, вины не отрицаю, но… И раскаяния ты от меня не дождешься!

Пальцы Роберта на моем запястье, казалось, стали каменными.

— Спокойнее, Полина.

— В таком случае не теряй даром времени. Тебе лучше найти молодую, наивную девочку и воспитать из нее примерную, покладистую жену. Я такой не буду! Ты замучаешься переучивать меня и прогибать под себя. Я не буду пресмыкаться, тем более, стараться соответствовать твоим стандартам. Мы с Сафиной привыкли к другому.

— Мы? — хмыкнул он. — А может быть ты? Конечно, когда рядом нет надежного и крепкого плеча сложно положиться на кого-то кроме себя. Приходится крутиться, как белка в колесе и быть со всеми диким волчонком. Правда? — совсем другим, жестким голосом спросил он.

Я почувствовала, как у меня пересохло во рту от всех его брошенных фраз. Да что он о себе возомнил? Какое право имел так вести себя со мной?

— Меня до четверга не будет в городе.