— А если полиция снова будет звонить?
Мэр оборачивается, окидывает меня взглядом и произносит:
— Мне наберешь тогда.
Глава 22
— Как вел себя Женя? — спрашиваю у воспитателя. — Все нормально? Слушался?
— Да! Он помогал поддерживать дисциплину в группе! — смеется Алла Васильевна. — Меня завуч в кабинет к себе вызвала, няня в этот момент была занята и принимала еду. Так вот Женя взял все обязанности на себя — собрал толпу и развлекал как мог, а дети сидели и слушали его, словно завороженные. Что он им наплёл — понятия не имею, но сильно меня выручил!
Воспитатель всплескивает руками и смеется.
— Президентом небось будет!
— Или мэром, — произношу чуть тише.
Мы с сыном выходим на улицу держась за руки. Началось бабье лето, погода сухая и теплая. Хочется греться под последними лучами солнышка как можно дольше, что мы и делаем.
Недавно я записала Жеку в бассейн, врач посоветовал. Сказал, что регулярные занятия плаванием положительно влияют на закаливание детского организма: повышается иммунитет, укрепляется нервная система, становится крепче сон и улучшается аппетит.
До первого занятия остается больше часа, чтобы провести время с пользой, мы идём к озеру в парке, чтобы покормить птиц. По дороге покупаем хлеб. Рядом с сыном я впервые за день расслабляюсь и не думаю ни о чем. Ситуация в университете напряжённая и нервная. Я хожу на любимую работу как на каторгу, это впервые так. За моей спиной шепчутся и хихикают, порой невыносимо становится. Хочется закрыть уши ладонями и сбежать из этого города на край света.
— Мам, смотри кто идёт! — улыбаясь, произносит Женя.
Я оборачиваюсь и ощущаю, как загораются щеки. Леша. Он целенаправленно двигается в нашу сторону. Выглядит серьезным и строгим, одет в чёрный деловой костюм. В последнюю нашу встречу он вел себя непривычно. Тепло смотрел и нежно касался, будто не было этих лет разлуки. На секунду промелькнула шальная мысль, что у него все ещё остались ко мне чувства. Правда, чуточку позже я отмела их в сторону. Это исключено, слишком много воды утекло.
— Привет, мэр! — здоровается с ним сын.
— Малыш, у мэра есть имя, — осторожно поправляю, присев на корточки. — Алексей Дмитриевич.
Женя хмурится и пытается выговорить. Получается не очень хорошо, поэтому он расстраивается.
— Здорово, разбойник, — протягивает ему руку Климов. — Ты можешь называть меня мэром, мне нравится, либо просто Алексей.
— Алексей, — повторяет с улыбкой сын.
Он радуется, что имя простое, без трудновыговариваемой для него буквы «р».
