Во главе раздора

Стоящая напротив шумно выпустила задержанный воздух.

– Отдай его мне, – тем же твёрдым тоном приказал кто-то.

Слова прозвучали сердито, будто я его расстроила. По венам всё ещё бурлила ярость, но её движение замедлилось. С недовольной покорностью я поплелась к говорящему, бездумно наступая то на чью-то кровь, то на тела, не утруждаясь их переступать. Светловолосый мужчина сидел на диване, на его рубашке была кровь. Я знала его лицо, но одновременно не узнавала, позабыв все слова, включая имена.

Нехотя протянула ему пистолет.

Его руки были в красных ожогах и чёрных пятнах, пальцы едва сгибались. Он отложил оружие в сторону.

– Сядь рядом и не смей двигаться, пока я не разрешу.

Я с ногами забралась на диван, прижавшись к его тёплому боку, как брошенное животное. Меня колотило от озноба. Гнев стал холодным, и я никак не могла согреться. Зубы бесконтрольно стучали. Я обхватила себя руками, раздражаясь от местами влажного платья. Тяжёлый, пропитанный металлическим привкусом и парами разлитого алкоголя воздух казался вязким.

– Как он… сделал? – зашептал другой голос, а я ощутила пальцы в волосах. Ласка была пугающе болезненной и заставила дрожать сильнее.

– Видать знает… о моём Доме. Срань, как болит язык. Бешеные… ничего не разбира… У них… на инстинктах, работает доминирование.

– Хочешь сказ… его уважает на подсознательном … вне?

– Скорее там подсознатель… страх.

– Иво, принеси шприц с… из машины, – раздался над ухом новый приказ.

Я дёрнулась, но пальцы на моём плече сжались, удерживая на месте.

– Закрой глаза, Кассия. Ты можешь отдохнуть.

Я не хотела отдыхать, я хотела согреться. Хотела начать двигаться, чтобы снова разогнать огонь по венам. Охвативший меня мороз приносил жгучую боль. Я заупрямилась, пытаясь выбраться из чужих объятий.

– Я сказал, закрой глаза, Кассия.

Против воли, но я подчинилась и затихла.

Больше я веки не поднимала. Даже когда почувствовала движение рядом и болезненное прикосновение чего-то острого к плечу. Зажмурилась, дав мраку перед глазами стать гуще.

Я проснулась с гудящей головой, изнеможением и скверным ощущением, будто не спала пару ночей.

Всё тело гудело от перенапряжения. Некоторые мышцы, сведённые остаточной судорогой, подрагивали. Я медленно села, боясь, что от любого резкого движения голову пронзит боль. Не помню, чтобы напилась до такого похмелья. Мигрень не особенно удивила – я намешала разного алкоголя, но тело… меня словно разорвали на части, а следом сложили обратно.

Я узнала спальню в квартире Элиона.