Во главе раздора

Я заставила себя отвернуться от его удаляющейся по коридору фигуры и заперлась в своей комнате раньше, чем выдержка меня предаст.

Я вздрогнула, вспомнив его обещание, и отшатнулась от двери, как если бы лишнее расстояние могло уберечь от продолжения произошедшей близости. Уберечь от собственного желания перенести «другой раз» на эту ночь.

Я умылась, переоделась и забралась в кровать, надеясь забыться сном, но несмотря на толстые стены, звуки вечеринки доносились гулом и вибрациями басов.

Я заворочалась, пытаясь не думать о Кае и завтрашнем походе к Переправе. Что место, что теневой расшатывали моё спокойствие, и я переворачивалась с одного бока на другой, сбивая простыни. Не в силах уснуть, потянулась за одной из книг, что дал Иво. Ещё не успела их все прочитать, и неожиданно всплывший в голове вопрос заставил меня резко сесть на кровати.

У палагейцев должны быть записи. Может, рассказы свидетелей, которые с ним общались, иначе как они его узнавали? Среди стопки книг отыскала «Наследие бога сна», на неё я смотрела с особой влюблённостью, предвкушая секреты, оставляла на последнее в качестве изысканного десерта.

В увесистом фолианте собрали материалы по Переправе, до завтра я не успею прочитать даже одну треть, поэтому через оглавление целенаправленно нашла раздел о Привратнике. Выйдет ли он сам, чтобы выполнить желание, или мне нужно будет зайти на Переправу? Руки покрылись мурашками.

Идея попасть в мир снов ужасала и будоражила одновременно.

Может, подготовившись, я смогу узнать Привратника?

Спустя полчаса чтения мой энтузиазм поутих, сменившись тупиковым разочарованием. В разделе о хранителе Переправы содержалось более двадцати портретов и подробных описаний его внешности. Только все они были разные. Палагейцы видели его, однако каждый раз он представал в новом образе. Схожесть состояла лишь в том, что Привратник всегда выглядел как мужчина в возрастном диапазоне от тридцати до пятидесяти.

Более ничего общего.

Разные лица, разные причёски, одежда и телосложение.

Я стиснула пальцами книгу и поднесла ближе к глазам, вглядываясь в портреты, будто подсказка хранилась в его внешности, но картины были выполнены не знакомыми друг с другом мастерами и явно в разные периоды времени. Отличались не просто стилем исполнения, детализацией, но и материалами.