Во имя Любви (СИ)

 — Хмыкнула тетка, покосившись на телегу с вещами, а я едва не застонала в голос, понимая, что наша борьба за спокойную жизнь только начинается…

— И что же ты умеешь делать? — Заинтересованно приподняв бровь, мужчина обнажил зубы в улыбке, сверкнув своими клыками.

— Простите, я кажется, ошиблась.

Вылетев из лавки, я приспустила, боясь, что в мужчине проснется охотничий инстинкт и остановилась, пробежав добрых несколько кварталов, предусмотрительно спрятавшись за угол очередной лавки. Торговый район в городе был большой, Киала, как и наш городок был на границе двух королевств и все люди и нелюди, которые решались по каким-то причинам пересечь границу, так или иначе, останавливались минимум на несколько часов здесь, покупая более подходящую одежду или продукты в дорогу.

Я проходила уже несколько часов, заходя в каждую лавку и спрашивая, не нужен ли работник и реально готова была признать свою неудачливость или проклятье. В одних лавках работники попросту не были нужны, в других нужны только совершеннолетние, а мне до совершеннолетия еще несколько дней ждать, что, несомненно, сразу же минус для работодателей, а в некоторых лавках вот так вот, как сейчас, смотрят не на меня, а на то, будет ли за что пощупать.

Вздохнув, я постаралась собраться, ситуации могут быть разными, но опускать руки и плыть по течению я уж точно не собираюсь, к тому же нам срочно нужно уезжать от маминой сестры. Ведь, кроме того, что сама тетя Ираида медленно, но верно разбирает наши сверстки с имуществом, ее муж уж больно плотоядно поглядывает на нас с сестрой.

Закусив губу, я прищурилась, вот найду работу и все тут. Сейчас же пойду в оставшиеся лавки, кто-то да должен попасться нормальный. Не может же на весь город не быть нормального работодателя!

Вечером, едва передвигая ногами, я зашла в дом тети, безразличным взглядом смотря по сторонам. Мама, когда говорила, что ее сестра хорошо устроилась в жизни, явно преувеличивала. Семья тети жила скромно, не имея никаких особенных изысков, даже у нас в гостиной стоял большой диван, натянутый дорогой вариийской кожей, прямо перед большим камином, который был особенной гордостью отца.

Здесь же мебель была в основном из дерева, которое не всегда совпадал по цвету даже в отдельных изделиях. Но, как я смогла понять, мебель в доме не была куплена, ее делал муж тети, работающий плотником, собирая все из остатков после дорогих заказов. Впрочем, мне то, какая разница.