– Не поможешь мне раздеться?
Облокотившись о дверной косяк и скрестив руки на груди, герцог проговорил:
– В данный момент я хочу, чтобы ты со мной поговорила.
– Поговорила?.. – изумилась Пен. На протяжении всех трех недель Кэм приходил к ней в спальню, сгорая от желания. А сейчас вдруг захотел поговорить?..
Муж утвердительно кивнул.
– Да, именно так.
Пен попятилась и ухватилась за блестящий полированный стол.
– Но о чем мы будем говорить?
Кэм вскинул бровь с таким надменным видом, что Пенелопе ужасно захотелось отвесить ему затрещину.
Но ведь она поклялась стать покорной супругой, не так ли?
– Точно не знаю… – с сарказмом протянул Кэм. – А о чем, по твоему, могут говорить люди, связанные узами брака до конца жизни, но не знающие, что друг у друга на уме? Может, нам стоит обсудить погоду?
– Кэм, нет необходимости грубить.
– А мне кажется, есть. – Герцог медленно направился к жене.
К облегчению Пен, он остановился в нескольких шагах от нее, хотя его испытующий взгляд вызвал сумбур в ее душе.
Она научилась скрывать свои эмоции в постели и старалась не попадаться мужу на глаза днем. Однако сегодняшнее поведение Кэмдена изменило привычный ход событий, и это очень беспокоило Пенелопу.
– На самом деле ты никогда не грубишь, – произнесла она в отчаянии. – Ты же образец благопристойности…
Кэмден снова нахмурился.
– А тебя, Пен, я никогда не считал такой же.
– Но я стараюсь стать лучше. – Пенелопа потупилась и уставилась на носки своих розовых домашних туфелек, выглядывавших из-под широкой ночной сорочки.
Кэмден молча приблизился к жене еще на несколько шагов и тихо проговорил:
– Пен, тебе необязательно выворачивать себя наизнанку.
Пенелопа заморгала, чтобы прогнать непрошенные слезы, и почти шепотом ответила:
– Я не хочу об этом говорить."
"– А я хочу… – в задумчивости протянул Кэм. – Еще недавно ты послала бы меня к черту, если бы я сказал тебе какую-нибудь глупость – вроде той, например, что ты должна мне угождать.
– Тогда мы не были женаты, – с печалью ответила Пенелопа.
– Пен, посмотри на меня.
– Предпочту не делать этого.
– Пен, знаешь, что меня всегда в тебе восхищало?
Внезапная нежность, прозвучавшая в голосе мужа, заставила ее снова прослезиться. О, как бы ей хотелось, чтобы Кэм сейчас ушел. Или швырнул ее на кровать и взял. Или закричал.
– Даже не представляю, – ответила она, пожав плечами.
