Взяв за руку, просто повел прочь, молча.
— Отпусти меня, слышишь, — Дарина дергалась, упиралась в пол каблуками, впивалась ногтями в кожу Демьяна, оставляя на ней следы. Демьян провел ее по длинному коридору, вывел в холл, а оттуда на улицу.
Холодный воздух тотчас же ударил в легкие, Демьян поморщился от резкой смены температуры и потянул Дарину в сторону парковки, еще не хватало, чтобы Дарька себе одно место застудила."
"— Прекрати, — раздраженно произнес он, немного ослабив хватку, что позволило Дарине вырвать руку и остановиться.
— Как ты смеешь вообще! Ты позоришь меня перед друзьями!
— Ты позоришь себя своим видом, — произнес он совсем не то, что хотел. — С каких пор ты так одеваешься?
Он был зол и это чертово платье сводило Демьяна с ума. Желание сорвать черную тряпку с Дарины росло в геометрической прогрессии, и он не понимал, как до сих пор держит себя в руках. Это невыносимо просто. Не сдержавшись, он прошелся взглядом по сестре, по вздымающейся груди, по тонкой талии, по ногам, обутым в высокие сапоги с каблуком не меньше десяти сантиметров.
Черт возьми. Долбанный порочный ангел!
— Не твое дело, ты потерял право голоса в тот день, когда уехал, можешь возвращаться к своей этой…кто там у тебя.
Он даже не сразу понял, о чем она, уже порядком позабыв о неосторожно брошенных словах. Его недолгая заминка дала Дарине фору, гордо вздернув подбородок и мазнув по Деме презрительным взглядом, Даря развернулась на каблуках, собираясь вернуться обратно. Он не позволил, схватил ее, потянул на себя и прижал к своей широкой груди.
Чуть не свихнулся, чувствуя ее близость, ее тепло, вдыхая аромат ее шампуня, зарылся в волосы девушки. Она задрожала, едва заметно, но вырваться не пыталась, словно тоже на мгновение погрузившись в их одно на двоих безумие.
— Я отвезу тебя домой, — прошептал Демьян, понимая, что контролировать себя ему становится все труднее, а близость Дарины и вовсе уничтожала последние остатки терпения.
— Я никуда с тобой не поеду, меня ждут, — придя в себя, Дарина уперлась ладонями в грудь Демьяна.
— Кто тебя ждет, Даря? Этот смазливый слизняк? Я переломаю ему руки, если он посмеет коснуться тебя еще раз, и ноги, если вздумает подойти.
Он понимал, что перегибает и угрозы эти — детский сад, не иначе. Пацан в общем-то не виноват, в том, что вляпался не в ту девчонку. В ту, что с самого начала, с самого, мать его, первого дня принадлежала Демьяну. И не будь он таким непрошибаемым дебилом, сейчас все было бы иначе.
