Во власти дракона

У меня есть госпожа, — Рина все-таки высвободилась и отошла, встав рядом со мной, — и знаешь что, — она задумчиво окинула его взглядом, — рассказы моей жрицы о твоих подвигах не впечатлили.

— Не может быть! — воскликнул Энтар. — Так позволь мне доказать тебе, что она не права!

— Мы вам не мешаем? — поинтересовался Арран.

— Нет, Шер, абсолютно, — откликнулся Энтар. — Ты приглашаешь меня к себе в гости? Я не с пустыми руками приду, ты же меня знаешь. Подарю тебе… рубашек.

— Благодарю. Ты такой щедрый, — ухмыльнулся Арран.

— Да, конечно. Ринаруштр все равно в стазисе, так куда торопиться? Ринниссия, так как насчет свидания?

— Я не встречаюсь с богами захудалых миров, — широко улыбнулась демоница. — К тому же, у меня плотное расписание на десять лет вперед.

— Раз столько причин называешь, значит, согласна, — обрадовался Энтар. — Идемте, скорее покончим с черным драконом!

И он широким жестом распахнул перед нами дверь, приглашая войти.

В зале, который мы покинули, казалось, совсем недавно, многое изменилось. Исчезли столы с закусками, а взамен появились кресла, стоящие амфитеатром. Эльфы сидели вокруг освещенного центра зала, на полу которого была вычерчена причудливая пентаграмма. На пересечении сверкающих линий, словно на паутине, стол куб из прозрачного материала, в середине которого застыла в неподвижности человеческая фигура. Это Ринаруштр? Черты лица были искажены гримасой боли и ненависти, но худощавое телосложение и цвет волос были, несомненно, как у черного дракона.

— Что это с ним? — спросила я.

— Это заклинания остановки времени для одного конкретного существа, — пояснил Арран. — Стазис.

Его голос прозвучал неожиданно громко в наступившей тишине. С нашим появлением все разговоры прекратились, и вышло так, что Арран и я сейчас оказались в центре всеобщего внимания.

— Шерриарран арт Нрисимирор, — произнес муж Оксаны, повелитель эльфов, поднимаясь. — Прекрасно, что вы почтили нас своим присутствием.

Мне кажется или его голос полон сарказма?

— Приношу свои извинения за опоздание, — в тон ему ответил Арран. — В свое оправдание могу сказать, что решение по поводу обсуждаемого вопроса я давно принял и озвучил. Детали мне тоже известны."

"А мне не известны. А хотелось бы.