Во власти киллера

- Прошу… Каин, пожалуйста!"

"Зажала рот обеими руками, сдерживая крик и согнувшись, заплакала навзрыд. Потянулась руками к повязке, но Каин не позволил. Схватил меня за запястье, заламывая руку за спину и привлек к напряженному телу. Я чувствовала его жар, тепло горячего дыхания на своем лице.

Вцепилась свободной рукой в ворот его свитера и уткнулась носом в грудь.

-Не плачь, - прошептал Каин.

Он просто стоял, удерживая меня на месте. Не пытался поговорить или успокоить. Его ледяное молчание медленно убивало.

-Прости, - прошептала еле слышно, не поднимая головы, - я все исправлю! Я поговорю с ней еще раз, потребую, чтобы не смела никому рассказывать.

-Не уйду, - пообещал он. Мне показалось или в его тоне проскользнула обреченность?

Высвободила руку из захвата и обняла Каина за шею, встав на носочки. Обняла так сильно, как только могла. Спустя несколько мгновений почувствовала его руки на своей талии и Каин, словно сомневаясь, аккуратно прижал меня к своему напряженному телу, громко выдохнув.

Каин отстранил меня от себя, послышалось шуршание одежды – он снял куртку.

Поднял меня на руки, донес до дивана, сел сам, устраивая меня поудобнее на его груди. А я снова вцепилась в его свитер и уткнулась носом в шею, постепенно успокаиваясь. Сердце Каина гулко стучало в груди. Но он сам словно окаменел.

-А я хотела приготовить тебе ужин, - призналась я, когда дрожь почти прекратилась, - Какое твое любимое блюдо?

-Из твоих рук я готов принять даже яд, - абсолютно серьезно ответил Каин, а у меня сердце зашлось в груди от волнения.

Но жирный, упитанный червяк сомнения во мне вопил, что нет, не обойдется. И я могу жестко поплатиться за свою глупость!

-Не надо так, - попросила я, кусая губы. - Каин, ты должен знать, я… Я люблю тебя, - выпалила на одном дыхании, с силой сжимая веки. Его тело напряглось еще сильнее, вытянувшись в струну.

Я же постаралась прижаться еще теснее, впитаться в него, стать его неотъемлемой частью. И пусть все горит огнем! С замиранием сердца ждала его реакции, но Каин продолжал молчать, только ладони сжал сильнее.

В тот момент пришла обреченность. И понимание, что все! Это конец. И Каин уйдет, подарив мне на прощание один вечер и, возможно, ночь. Все внутри сжалось невыносимой болью.