Во власти киллера

Он убрал руку с живота, обхватил ладонью мою щеку, прислонившись лбом к моему и проникновенно прошептал в губы:

-Спасибо, Ева!

Я первая потянулась навстречу его губам, сгорая от нетерпения. И когда он ответил на поцелуй, сминая мои губы, почти кусая и глухо, почти болезненно застонал, поняла – я снова жива…

Эпилог

Пять месяцев спустя

Каин

Забрав свой багаж, покидаю здание аэропорта. Вдыхаю полной грудью свежий немного солоноватый воздух - он ассоциируется со свободой.

Теперь я не страшусь, что меня узнают, больше не скрываюсь и не прячусь.

Похоронив внутри себя Каина, я стал Константином Громовым. Просто старшим следователем отделения полиции, но уже в отставке. Эту отставку я добивался долгих два года, именно столько я был Каином. Однако последние пять месяцев дались особенно сложно, ведь в моей жизни не было Евы...

Поймав такси, закидываю сумку в багажник. Говорю водителю адрес и устраиваюсь на заднем сиденье авто. Откинув голову на спинку, прикрываю веки. Сердце стучит, как бешенное. И чем больше сокращается расстояние до цели, тем громче и яростнее пульс.

Расслабится не получается...

Теперь Ева в безопасности, я сделал для этого намного больше чем ""невозможно"". Отправил её далеко из родного города, а мне потребовалось целых пять месяцев, чтобы уехать за ней следом.

В памяти, проносятся картинки прошлой жизни. Словно я прощаюсь с ней, вступая в жизнь новую."

"Будучи ещё подростком меня заметили в кадетском корпусе. Завербовали уже в армии. Я был идеальным солдатом. Долгих десять лет в моей жизни была лишь война, и я не задавал лишних вопросов, четко выполняя приказы.

.. До тех пор, пока мой отряд не получил задание в одной глухой деревушки на вражеской территории. До тех пор, пока не открыл огонь по гражданским. И я единственный, кто понял это.  Отказался стрелять. Развернул свой отряд, и мы вернулись на базу. А когда закончился контракт, без сожалений покинул армию. Но таких как я не отпускают, поэтому после окончания университета в области юриспруденции получил должность и звание в полиции. И столкнулся там с другой стороной медали - с беззаконием сильных мира сего. Со слепотой, презрением власти в отношении к слабым. С прекрывательством сильных!

Я стал киллером. Вершителем своего правосудия и ни минуты не жалел и не сомневался в правильности своих действий. Иногда, получал удовольствие от этого, вновь убивая, но уже за правое дело и не действуя под чью-то указку.

Нас было трое! Два армейских друга и соратника, прикрывали мне спину.