Отец позвонил за это время дважды, но оба раза я сбрасывала вызов. Набила ему сообщение, чтобы не поднял на ноги полицию, что скоро буду и тогда сможем поговорить.
Так не хотелось вылезать из теплого уютного салона, в котором плавали такие приятные ароматы. Свежесть дорогого кондиционера, ненавязчивые древесные ноты парфюма Тимура.
Не могла заставить себя и поднять глаза на его лицо, косилась только на широкие загорелые ладони, лежащие на руле.
— Ладно, Тимур, спасибо большое, что подбросил до дома. И еще раз, огромное спасибо за помощь.
Пока.
— Ян, у тебя точно все в порядке?
Мне все же пришлось поднять голову и встретиться с внимательным взглядом.
— Да, конечно.
Улыбнулась так широко, как только могла.
— Конечно, все в порядке. Что может быть не в порядке? Ну, побежала. Отец ждет, уже весь телефон оборвал.
Выскочила из машины и бросилась к калитке. Ни разу не обернулась.
Поскорее надавила на звонок, а когда панель бесшумно отъехала в сторону, проскользнула внутрь.
Калитка бесшумно закрылась за спиной, словно отрезая от остального мира, а я набрала в легкие побольше воздуха и зашагала к дому, ступая босыми ногами по прохладной плитке.
— Яна! Как ты могла!
Отец рвал и метал.
Уже больше получаса я сидела в его кабинете и ждала, когда ему надоест промывать мозги и он отстанет.
— Денис Альбертович очень недоволен твоим поведением! Очень недоволен. Как ты могла повести себя с ним так некультурно?
— А Денису Альбертовичу обязательно было жаловаться?
— Он не жаловался.
Он уведомил меня о твоем поведении и правильно сделал.
«Ага» возразила мысленно. Но даже не соизволил проследить, как я добралась. Если бы не Тимур, еще неизвестно что бы могло произойти.
— А в каком виде явилась домой! — продолжал отец.
Я выдала ему версию про падение и каблук, а потом сообщила, что доехала на такси. Слава богу, отец был так занят отчитыванием, что забыл поинтересоваться, откуда у меня наличные, если он все заблокировал.
— Нет, это ни в какие ворота. А вдруг там оказался бы кто-то из журналистов? Как можно было только додуматься!
И так по кругу снова и снова.
— Будешь сидеть неделю под домашним арестом! В своей комнате и никуда не выходить! Поняла, Яна? Не-де-лю! Нет, лучше две. Нет, весь месяц, до самой свадьбы!
— А что, Денис Альбертович еще не передумал жениться?
— Что? Да как ты можешь такое говорить? У нас уже все обговорено! Хочешь все усилия спустить в унитаз?
Отец подскочил на месте, его глаза метали гром и молнии.
