Во власти шторма (СИ)

Ложился в кровать, и сразу же всплывало перед глазами её лицо, несло, бл*дь, в воспоминания о сексе, вспоминал запах и вкус её тела, вздохи, стоны, сходил с ума, с каждой ночью всё больше увязая в безысходности. Когда Мусаев рассказал, как с ней обошлась начальница, думал закрыть эту лавочку на хер, заблокировать им все возможности работать, уничтожить эту Князеву. Арсен остановил, подсказал другой вариант, начал подкидывать ей шабашку. Хоть злился на неё, не мог допустить, чтобы осталась без денег из-за меня.

Я стал искать ещё варианты, готов был платить даже двойной ценник. Тогда Мусаев обеспокоился, что я теряю рассудок.

— Я тебе предложил одноразовый вариант, пока она не найдёт работу. Ты сколько собираешься её спонсировать? Дело же не в этих копейках, у тебя шиза, Влад!

— Буду спонсировать, пока считаю нужным.

— Какого лешего? Она уже и думать о тебе забыла, найдёт себе другого мужика, а ты ей платить будешь? Чтобы трусы себе кружевные купила на свидание?

Хватаю Арсена за барки, встряхиваю, он офигевает от моего стеклянного взгляда:

— Не неси при мне такую дичь! — понимаю, что творю невесть что, но готов убить его сейчас.

— Эй, дружище, полегче! — отбивает мои руки — рано или поздно, это случится. Она же не будет вечно одна. Прими уже как факт.

— В этом городе она не будет ни с кем!

— Чокнутый, бл*дь. И что, ты будешь каждого кромсать?

— Если понадобится, буду.

Однажды понял, что больше не могу, если так будет продолжаться, не вывезу. Решил, что нужно просто забыть, заглушить, отправить в самый дальний закуток подсознания.

Вернулся к прежнему образу жизни, присоединился к Шаталову. Он приводил тёлок на двоих, у него в фитнесе нет проблем с постоянным пополнением. Я трахал их, не перебирая, не помня ни лиц, ни имён. Со временем впал в прострацию, показалось, стало легче. Чувства притупились, смирился со сломанными внутренними ориентирами, просто плыл по течению. Постепенно поймал баланс, попустило. Думал, что попустило…

Когда увидел её в «Медузе», за грудиной забомбило с невиданной силой.

Жизнь научила держать лицо в любой ситуации, но тайфун внутри, оказалось, не поддаётся укрощению. А когда увидел возле неё этого пингвина, вообще башню сорвало. Ревность затмила здравый смысл, если бы она не ушла из-за стола, разнёс бы всю эту компанию малолеток, а потом выглядел бы смешно. Уехал, сразу после того, как Ник домой их отправил. По дороге домой пришел к заключению, что ни хрена не отпустило.