Во власти шторма (СИ)

— Что, и здесь я не права?

— В том, что ты под алкоголем можешь наговорить лишнего, он прав.

— Ну да, его интересует только его собственная персона. А все вокруг должны подстроить свою жизнь, чтобы ему было комфортно! А ты ещё ему и поддакиваешь!

— Бл*дь, Алина! Как ты не понимаешь, что это вопросы твоей безопасности! Я слово за тебя давал, ты меня подводишь! Меня!

Он со злости сгребает рукой всё, что стоит на мраморном столике с раковиной, средства гигиены, туалетная вода, косметика, всё летит на пол, за ними падает и моя косметичка, оттуда вываливается половина содержимого.

Влад умолкает, смотрит на беспорядок на полу и замечает блистер с таблетками, выпавший из косметички. Моё сердце ухает вниз. Он поднимает его, переворачивает, видит надписи из чисел месяца, вчерашнюю пустую ячейку. Поворачивается ко мне.

— Ты пьёшь таблетки?

— Да, — отвечаю, осевшим от потрясения голосом.

— Мы же договорились, что тебе нужно забеременнеть.

— Я просто не готова, Влад. Все слишком резко навалилось, я не могу пока…

— Ты просто врала. Делала вид, что соглашаешься со мной, а за моей спиной крутила свои варианты. Решила, что я дурак, которому всё сойдет?

— Нет, я так не думала.

— А как ты думала? Что я должен сказать своей матери, которая ждёт внука, что мы её обманули, что моя жена не готова, а я об этом даже не догадываюсь?

— Можно сказать, что случился выкидыш, — не могу сдержать слёзы, и они струятся тонкими струйками по моим щекам.

Почему он меня не понимает?

— Да сказать можно что угодно! Только подобные решения принимаются вместе. А ты решила всё за двоих.

Поникший, он выходит в спальню. Я вижу, что ему больно, и хоть он говорит жёстко, горечь свозит в каждом его слове. Иду за ним, он стоит лицом к окну, руки в карманах, неподвижный, как неприступная скала.

— Влад,…если хочешь, давай поговорим сейчас, мне многое нужно тебе сказать.

— У тебя есть ещё сюрпризы для меня? Ну, давай, мочи меня до конца, уже не страшно.

Он берёт с тумбочки сигареты, поджигает, затягивается. Никогда не курил в спальне, видно, и правда, сорвался.

— Ты единственный человек в этом мире, с которым я позволил себе быть полностью искренним, почему ты поступаешь по-другому? У меня столько проблем навалилось, а ты мне накидываешь сверху ещё, как снежный ком.