Во власти шторма (СИ)

Хочу сказать ему, но он снова врывается в мой рот, втягивает сначала нижнюю губу, потом язык, его рука накрывает мою грудь, слегка сжимает, я издаю рваный звук, меня подкидывает, новые ощущения вызывают незнакомые эмоции. Влад спускается на шею, целует, лижет, дышит горячо, я обхватываю руками его голову, прижимаю сильнее, мне страшно, но и безумно хорошо, я стону. Он спускается ниже, берёт губами сосок и сжимает.

— Ааа! — вырывается у меня.

Как же волшебно! А когда он страстно засасывает его, меня шарашит током, я выгибаю спину, стону громче, головокружение добавляется ко всем нахлынувшим ощущениям.

Влад издает глухие протяжные стоны, я кайфую от его жара, его силы. Его рука спускается на бедро, он ласкает языком вторую грудь и бедро параллельно, потом просовывает руку мне под попу, сжимает ягодицу, ртом спускается к животу, целует, ещё спускается. По моему телу проходят разряды, меня уносит в вакуум. В животе появляются непонятные ощущения: тепло, чувственность, потребность чего-то большего. Боже, как чудесно! Влад слегка раздвигает мои ноги, пробирается к складочкам, раздвигает их и вводит туда палец. Я кричу, меня искрит, теряю разум, осязание, реальность. Не ожидала, что это так нереально.

— Какая же ты сладкая! — хрипит Волов мне в лицо.

Он в упоении, ласкает, целует, сходит с ума. В какой-то момент разводит рукой мои ноги, наваливается и вставляет в меня член. Сквозь пелену чувств, до меня доходит, что сейчас это произойдет, я замираю. Влад усиливает давление и, что есть силы, проталкивается в глубину.

— Ааай! — резкая боль стирает все мои приятные ощущения, сводит, будто судорогой всё в районе таза. Это ужасно, я даже выдохнуть не могу. Влад замирает, открываю глаза, он испуганно смотрит на меня, потом медленно выходит. Опускает глаза, видит кровь:

Мне становится страшно, от выражения его лица, меня сковывает ещё сильнее, почему он такой злой? Я смотрю на него испуганными глазами, не понимаю, что он хочет.

— Дыши. Сейчас пройдёт.

Тяжело вздыхает, и начинает нежно меня целовать, затем снова опускается по шее, втягивает в рот мочку уха, его рука у меня на талии, он скользит ею на живот, легонько, нежно поглаживает и боль, действительн, проходит. Мне не верится, что так может быть, меня снова окутывает блаженство, а в животе собирается сладкая нега. Влад снова накрывает меня своим телом, я напрягаюсь.

— Не зажимайся, больно уже не будет.

Но я, всё равно, не могу расслабиться.