Во власти соблазна

Услышав эту новость, его мать улыбнулась.

– Милая Эмбер вышла замуж за англичанина?

– Ты же помнишь, мама, Эмбер вышла замуж за графа Стратфорда.

Фэнси не могла отвести от князя глаз. Его такт и отзывчивость поражали. И она снова задумалась о причине нездоровья княгини.

– У Фэнси большая семья, – сказал Степан, привлекая внимание матери к новой теме.

Княгиня Элизабет посмотрела на Фэнси, и лицо ее прояснилось.

– Расскажи мне о своей семье.

– Мама умерла несколько лет назад, – сказала Фэнси, – а няня Смадж – в прошлом году.

Княгиня рассмеялась, услышав кличку собаки.

– А где же ваш отец?

Фэнси заколебалась. Ее смущало то, что эта женщина тоже была когда-то любовницей ее отца. Она посмотрела на князя. Тот заметил ее замешательство.

– Отец Фэнси и ее сестер – Магнус Кемпбелл, – сказал он матери.

– О, Магнус? Так ты сестра Рудольфа? – Она глянула на сына. – Она сестра Рудольфа?

– Да, мама. Рудольф ее сводный брат.

Княгиня, не привыкшая к посетителям, быстро устала и ушла в свою комнату, чтобы отдохнуть после еды. Степан встал, когда мать поднялась со стула. Как только княгиня ушла, он повернулся к Фэнси:

– Позвольте показать вам поместье.

Они вышли из дома и оказались в настоящем английском парке. Яркие краски природы поразили Фэнси, никогда не уезжавшую далеко от Лондона.

Перед ней простиралась зеленая лужайка; стена из булыжника отделяла ее от классического розового сада, в котором росли бесспорные королевы любых цветов – от темно-красных до девственно-белых и нежно-розовых.

Фэнси втянула в себя смешанный аромат соленого океанского воздуха и чувственных роз. Там, далеко, синее небо сливалось с синим океаном.

– Посмотрите на горизонт! – Фэнси показала на океан. – Небо и вода слились воедино.

Степан прикоснулся к ее плечу.

– Ваша «страна за горизонтом» находится там.

– Значит, Англия и есть моя волшебная страна за горизонтом?

– Каждый человек должен сам найти свою Утопию.

– Утопия – это идеальная страна, – ответил князь, – которой никогда не существовало.

Фэнси внимательно посмотрела на него.

– Не понимаю, почему я считала вас легкомысленным.

– Я одновременно легкомысленный и чуткий, великодушный и верный… и еще много-много всего. – Степан взял ее руку в свои. – Пойдемте, я хочу, чтобы вы увидели все остальное.

Они завернули за угол особняка.