Водитель для дочери

— Он пожал ее и отпустил, но рыжая не торопилась уходить.

— Ты — подруга Ксении?

— Ага. — Она оперлась локтем о корпус автомобиля и улыбнулась. Меж пухлых губ сверкнул розовый язычок с блестящим металлическим колечком пирсинга на кончике.

Влад снова перевел взгляд на Ксению и заметил, что та нахмурилась.

— Мы учимся вместе. — Сообщила ему рыжая.

— Ясно. — Он снова качнул головой.

— Значит… — Девушка наклонилась так, что пышная грудь опасно натянула ткань форменной рубашки. — Ты всегда рядом, если ей понадобится куда-то поехать?

— В любое время дня и ночи?

— Кру-у-уто.

Рыжая рассмеялась, запрокинув голову назад. Влад, так и не поняв, что смешного было в ее реплике, лишь сдержанно улыбнулся.

— А у тебя, вообще, бывает свободное время? — Вдруг спросила рыжая. — В смысле, такое время, когда ты не возишь Ксю и совершенно свободен.

Влад отклонился в сторону, чтобы через ее пышную шевелюру посмотреть на крыльцо учебного заведения.

От теплого ветра ее длинные темные волосы шли мелкой рябью. Один длинный локон спадал прямо на лицо, она сложила губы в трубочку и сдула его. Раздраженно, немного нервно и так… чувственно!

— Что? — Переспросил Влад.

— Я говорю, бывает свободное время?

Ох, и непросто ему придется рядом с этой красоткой ближайшие недели. Даже несмотря на усиленные призывы к собственному мозгу сохранять спокойствие, взгляд Влада уже обошел все изгибы Ксюшиного тела, и по его внутренностям прокатился жар.

— Так бывает или нет?

— Ты серьезно? — Парень оглядел рыжую с недоумением.

— Мне уже есть восемнадцать, если ты об этом. — Рассмеялась она, наклоняясь ниже и почти просовывая свою голову в окно автомобиля.

Владу даже пришлось немного отклониться назад.

— А ты смелая. — Кашлянул он.

— Так один раз ведь живем! — Подмигнула Лина. — Да ладно ты, не переживай из-за Ксю, ей не обязательно знать, чем занят ее водитель в свободное время.

Но Влад уже не слышал ее.

Его взгляд переместился на Ксюшу, которую в этот момент обнимал какой-то блондинистый придурок. Парень был ее выше, он был в форме академии, а на его фирменном пиджаке красовался характерный шеврон. Очевидно, это был тот Стас, о котором упоминалось в доме.