Воевода

– Ты думаешь, такое прощают?

– Но Государь – далекий потомок.

– Кровь от крови. Впрочем, до этого еще далеко. Но уже сейчас видно, куда Всеслав клонит.

– Государю он полезен. И если Всеслав не начнет первым, то…

– То это сделают за него. Людей, что считают его выскочкой – множество. Не все верят в то, что имеют дело с древним князем-чародеем. И они охотно вынудят Государя.

– Но ты этому чародею помогаешь. Почему?

– Всевышний вернул его на грешную землю. В этом нет никаких сомнений. Иначе бы он крестных знамений не творил, в церковь зайти не мог и святой воды чурался.

А значит у него, – скосился отец Афанасий глазами наверх, – есть какие-то планы на князя.

– Он служит Государю. Верно служит. Но…

– И будет верно служить. – перебил его отец Афанасий.

– Но тогда я тебя не понимаю. Почему ты считаешь, что он постарается отомстить?

– Он – князь-чародей. Он умеет находить пути, неведомые многим.

– Но разве Всевышний не порицает чародейство?

– Но разве Андрей его использует? Ему хватает ума и знаний.

Вполне хватает. Разве ты не ведаешь о том, как жители Киева его освободили из полона? Очень хитро и ловко вышло. Уверен – он и тут что-то такое затевает. Хотя иной раз мне становится боязно, что князь сорвется. Но видно крепкие обеты давал. Как он держится – не представляю.

– А жена его?

– А что жена?

– Что про нее скажешь?

– Она голыми руками трех татей разметала, которые хотели ее снасильничать. Двух убила, последний сбежал. Видно обетов там меньше дадено. Сам понимаешь – для молодой девицы такое немыслимо.

Неприметный священник присвистнул, явно потрясенный этой новостью.

– Так это правда?

– Правда.

Помолчали.

Наконец этот неприметный священник произнес:

– Так что мне сказать патриарху?

– Я сохраню верность Государю.

– Но ведь он пошел против церкви?

– Вся власть от Бога, – пожав плечами заявил отец Афанасий. – А пути Господни неисповедимы. Этот раскол без всякого сомнения печален. Но…

– Что?

– Власть султана нам всем, грешным, дана за грехи наши. Это испытание.

Это наказание. Это проклятье.

– Ты думаешь, мы не молим Всевышнего, чтобы он просил нам грехи наши?

– Андрей как-то заметил, что Всевышний принимает только одну молитву – молитву делом. Это ересь. Но, ведь он вернулся оттуда, – мотнул головой отец Афанасий.

– Почему он не может лгать?"

"– Мы потеряли почти все. Египет, Палестину, Сирию, Анатолию, Фракию и прочее, прочее, прочее. Литва под рукой латинян и не далек тот день, когда и она откажется от истинной веры.