Вояж с морским дьяволом

…Садовникова пообещала грозной диве, что через час вернется. Домчалась на своем «пежике» до аэропорта Шереметьево – в местном банкомате наличные, к счастью, имелись. Сняла деньги, вернулась обратно в учебно-тренировочный центр, расплатилась и снова выслушала от девицы из приемной комиссии, что «первый раз такую странную видит».

А у Тани опять мелькнуло: до чего же непредсказуема, будто американские горки – вверх, вниз! – ее жизнь. Только что в ней были роскошная яхта, королевские платья, изысканные блюда. А теперь она из собственных сбережений платит за учебу в школе стюардесс.

Чудеса, да и только!

Вот уж не ожидала Татьяна, что учиться на стюардессу ей понравится. Немного, правда, общеобразовательную школу напоминает: предметов множество, и все – по верхам. В одну кучу намешаны основы аэродинамики, медицина, сервировка, принципы работы авиационных служб, устройство самолета, этикет… Информации давали много, но на зачетах особо строго не спрашивали. Преподаватель аэродинамики, усталый старичок, и вовсе без стеснения говорил: «Зачем вам, девкам, нужна аэродинамика!»

Единственное, чем заставляли заниматься до одури, – бесконечная отработка аварийных ситуаций.

Целых сто двадцать часов, то есть двадцать дней: на учебных самолетах, пожарном тренажере и в бассейне – там тренировали аварийную посадку на воду.

И Таня, до отупения упражняясь, как выбрасывать аварийный трап (никак не получалось уложиться в положенные три секунды!), иногда усмешливо думала: «Ансар в критической ситуации точно сможет на меня положиться».

Таня, занимаясь в обшарпанном здании УТЦ, часто вспоминала Ансара.

Что уж душой кривить – плох ли шейх, хорош, но он пока самый яркий мужчина из всех, что были в ее жизни. Самый сильный. Наиболее самодостаточный. А уж какой богатый…

И хотя Таня горячо – слишком горячо! – убеждала себя, что нет, не любит она его, – все равно думала о своем восточном поклоннике каждый день. И приятные воспоминания перемешивались с другими, от которых коробило.

Но едва она начинала злиться, едва восстанавливала в деталях ужасную поездку в Пакистан или удушливую скуку на борту «Пилар», как в голове помимо воли всплывали то сладкие Ансаровы объятия… то неприкрытое восхищение в его глазах, когда он смотрел на нее… а то и какой-нибудь из подарков шейха на глаза попадался. Ясное дело, что любовь на бриллианты не меняется, – но до чего же красивы часы! А ожерелье!..

В общем, околдовал ее восточный человек. Приворожил.