Воин-Врач III

— Кони свежие есть? — отозвался сорванным когда-то давно голосом один из убийц, что рыскал меж саней.

— Есть четвёрка, — ответил атаман, подходя ближе. Не опуская и не пряча рук.

— Впряжём разом. Эти сани нужно домчать в Киев, передать на подворье княжьем воеводе Рыси. И на словах обсказать, всё, что здесь было, что своими глазами видели. Сейчас!"

"Последнее слово, выкрикнутое рваным голосом, было бескомпромиссным, страшным и очень убедительным. Кривой махнул своим, и приземистые мохнатые степные лошадки появились из одного из неприметных устьев впадавших здесь в Днепр ручьёв.

Пока запрягали, на диво быстро — жулики такой работы не видели сроду — сиплый напутствовал:

— От нас один, от вас один. На словах передать, что десяток Фёдора Соловья вышел по следам убивцев. Кого поймаем — доставим в Киев. Их живых семеро ушло. Всё, мчите, братцы. Тут четверо вроде выживших, надо вам такими и довезти их. Князь-то батюшка и покойников, говорят, поднимает, но живых-то сподручнее ему, поди. Чую, времени нету вовсе.

Но!

Он хлестанул чем-то, вроде, ножнами, по крупу ближайшей лошадки, а потом кто-то из его бойцов взвыл. И только копыта замелькали и ветер в ушах засвистел.

Гнат, следом за бывшим главным злодеем, рассказал, что десяток Соловья прихватил троих живыми и к вечеру-к ночи доставит их в город.

— Сколько? — Звон от голоса Чародея вздрогнул, едва не подскочив.

— Трое, — горько ответил воевода.

— Если ладно выйдет — по тысяче к одной их жизни у латинян разменяем. Но сделай так, Гнатка, чтобы больше не пришлось.

Как случилось, что они так близко подобрались? — взгляд князя, кажется, причинял Рыси физическую боль. То, что произошло, старый друг и так расценивал, как личное оскорбление, что его переиграли у себя же дома. Как говорил Всеслав про ледню, такие проигрыши считались наиболее обидными. А тут ещё и троих не уберёг.

— Два месяца водили их, Слав, — досаду и горечь воеводы было не утаить. — Часть от половцев пришла с торгашами, в охрану подрядившись. Часть от свеев. Трое из Новгорода.

Здесь и в Переяславле с купцами, что паволоками промышляют, говорили. Купчишки те, поговаривают, и мечами западными втихую торгуют, и олово с медью возят.

Звон только кивнул, подтверждая, что разведка не ошиблась. А Всеслав ещё раз подумал о том, что вместе эти двое, как и силы, что стояли за ними, были бы значительно эффективнее, чем по одиночке.

— Битые твари попались, матёрые. Чтоб не спугнуть да не потерять — дальше обычного держаться приходилось.