Онлайн-библиотека книг
Справа от дорожки распахнулась по команде Чародея земля, прямо вместе с травой и парой низких кустиков, и из-под неё вышел, заржав от яркого света, чёрный красавец-конь. От группы степняков понеслись восклицания и восторженное цоканье. Мрок был хорош и сам собой, а на его седло, узду и шитую золотом попону можно было, наверное, половину Киева купить. Треть — это уж как пить дать.
Рома, явно из последних сил борясь с искушением сорваться бего́м, выступил на пару шагов, обернулся и поклонился до земли князю и княгине под одобрительный гул народа.
Я помнил не все слова, но земля наша была богата талантами всегда, и сейчас не подвела. Ставка за один вечер наваяла шедевр, скоморохи влёт подобрали и освоили мотив. Леськин детский хор, который она набрала с позволения князя и патриарха, репетировал неделю.
В моём времени эту песню пели подмосковные хулиганы, у которых со временем кроме лирических и бандитских стали отлично получаться и патриотические композиции. И эта мне показалась подходящей. Да и поменять-то пришлось самую малость: вместо князя Владимира появился Чародей наш князь.
Когда из берестяных рупоров зазвучали жалейки и гусли, оба берега притихли. А когда детские голоса запели про зорюшку и журавлёнка — онемели.
— Янко, давай! — выдохнул Всеслав. И ввысь поднялась вторая стрела.
Она не рванула с грохотом, как первая, оставив белое облако. Она приковала к себе внимание тысяч глаз, взвилась под самое небо и начала падать, оставляя тот же белый хвост.
Вздохом, раздавшимся одновременно, нас чуть с ног не сдуло. Потому что с той стороны, куда ушла стрела, воспарили белые крыла́ ангела. Как раз в тот миг, когда про него запели дети на берегу.
На словах про княжью дружину, к детям подключились и взрослые из скоморохов. И певчие из Софии, которых прислал патриарх. А Ромка перевёл Мрока на рысцу, как раз под ускорившийся ритм песни. У меня побежали мурашки, и, судя по лицам стоявших вокруг, не у меня одного.
