Воин Забвения. Гранитный чертог (СИ)

Как будто вельда вела теперь цель, которой он обзавёлся, пока сидел в темнице. Оно и понятно: доверие в дружине ему ещё только предстояло заслужить. В то время как другие парни считали, что ещё пару лет рутинной подготовки — и они точно кмети. Но уже сейчас можно было сказать, кто из них при этом станет настоящим воином, а чьё имя при встрече воеводы не сразу и вспомнят.

И вечером первого дня обучения Млада, отправляясь в трапезную, оставила Рогла упражняться на ристалище в свете факелов. Уходить вместе с отроками он наотрез отказался и всё упрямо вскидывал лук, попадал то в самую серёдку мишени, то мимо.

Тихо ругался сквозь зубы, собирая стрелы, и становился с оружием на изготовку снова. Значит, быть кровавым мозолям на его пальцах поутру.

— А ты, видать, твёрдо решила вырастить того, кто тебе потом в спину нож всадит? — плеснул в спину Младе насмешливый вопрос, когда та проходила мимо одного из длинных и шумных столов трапезной.

Кмети, до того громко переговариваясь и хохоча, замолчали.

Многие из них уже знали, что в таком тоне разговоры с Младой лучше не заводить. А этот, видать, решил на своей шкуре проверить. Она обернулась и окинула взглядом широкоплечего, почти как Медведь, дружинника. Только волосы его были светлее, а лицо — уже. Вышивка на рубахе выдавала в нём древнера — а те, как известно, любили лезть на рожон.

— А ты подойди ко мне да попробуй всадить нож в спину, — проговорила Млада ласково. — Я даже глаза закрою, чтобы тебе легче было.

Парни хохотнули, но некоторые смолчали, поглядывая на задиристого кметя.

Тот, впрочем, ссориться с Младой, похоже, не собирался. И только почуяв это, дружинники снова расслабились, а кто-то тут же потерял интерес к их разговору.

— Я б со спины к тебе за другим делом подошёл, да вот детей ещё хочу заиметь попозжа, — усмехнулся древнер. — Так что не стану.

— Нечего тогда языком молоть, — Млада дёрнула плечом и пошла дальше.

— Ты просто поосторожней с ним будь. Коль скоро его из темницы выпустили. Глаз у него нехороший.

Замышляет вельд что-то.

То, что древнеры по-прежнему сохранили связь с Богами и духами своего племени не в пример лучше других в княжестве, Млада знала. Даже старейшины их племён были ещё и волхвами, которых опасались все соседи. Во многом, что случалось вокруг, древнеры видели знаки и предзнаменования, зачастую недобрые. Вот и кметь, который, поди, с самой юности в дружине живёт, якобы что-то почуял. Так что нечего удивляться его словам.