Война. Часть 1 (СИ)

— Что же такое мы сейчас видели, голубчик Алексей Сергеевич? — близоруко щурится академик Рождественский.

— Но как? Почему фокус? Вы знаете разгадку? — посыпалось со всех сторон.

— Знаю, — улыбаюсь я, — но пусть о ней расскажет Владимир Иванович, я вам сам могу показать подобный и даже посложнее. Хотите поучаствовать в сеансе телепатии?

— Хотим! — как дети подались вперёд убелённые сединой и средних лет учёные.

— Пожалуйста, — встаю я из-за стола, — у нас с моей невестой установлен постоянный телепатический канал связи.

Сейчас я выйду из квартиры, а вы сообща придумаете сообщение, которое Аня будет мысленно передавать мне. Потом я вернусь в гостиную, телепатические волны не могут проходить сквозь стены, и слово в слово воспроизведу ваше послание. Согласны?

— С целью уменьшения коэффициента отражения света, падающего на поверхность стекла, — напряжённо слежу за руками подруги, нервно теребящими брошку, в отражении стеклянной вазы, — на неё наносится тонкая плёнка вещества с показателем преломления меньшим, чем показатель преломления самого стекла…

В гостиной полная тишина.

— … Это, как я понимаю, послание мне от профессора Гребенщикова, — нарушаю паузу, не поворачивая головы, — он ведь в ГОИ главный специалист по просветлению оптики?

— Как вам это удаётся?! — хором вопрошают собравшиеся.

— «Ловкость рук и никакого мошенства», — наслаждаюсь видом сбитых с толку профессоров, — в прямом смысле.

Мы с Анечкой используем язык знаков, когда, например, надо передать личное сообщение в людном месте. То, что стороннему наблюдателю кажется простым разминанием пальцев, является передачей закодированного сообщения: на руке пять пальцев, который может два состояния, быть согнутым и выпрямленным. Итого на одной руке два в степени пять или тридцать две различные комбинации, что отлично подходит для кодирования русского алфавита. Руки Ани были мне отлично видны в отражении от вазы. Всё!

— Здорово вы нас провели…

— А теперь, товарищи, — встаю со стула и поднимаю руку, — давайте поговорим о вещах серьёзных. Не скрою, что я приехал в Оптический институт вовсе не для того, чтобы участвовать в ваших торжествах, а для предложения сотрудничества между моим Спецкомитетом и ГОИ.