Война. Часть 1 (СИ)

Похоже, Берия хочет подстраховаться и на всякий случай вывести из игры «ежовского кадра», спешно поставленного на место предателя Курского, которого органы арестовали год назад на границе при попытке бегства к японцам.

— Сергеич, распишем пулю? — В открытую дверь проникает майор Пётр Григоренко, слушатель Академии Генерального Штаба, на время каникулярного отпуска прикомандированный к инспекции комкора Апанасенко.

«Мутная личность. Я понимаю, что уже на второй день восьмидневного путешествия все в вагоне прекращают чиниться, отсюда эти „Сергеич“, „мальчики“ и тому подобное, но предлагать мне опять сыграть в преферанс может только законченный мазохист».

В первой же игре в «Ленинград» я, чтобы избавиться от новых подобных предложений, включив все свои способности, на первой раздаче запоминаю особенности рубашек не новой колоды и со второй — начинаю методично раздевать «зубров» (наверняка заранее сговорились между собой обчистить меня, большинство пассажиров вагона знакомы, не в первый раз едут вместе в «СВ»): каперанг, пожилой финансист и военюрист после расчёта пули остались должны мне триста рублей.

Шепотом наотрез отказываюсь от денег: «Вы что, Мехлис узнает — нам всем конец. Советую играть с закрытыми дверьми и с проверенными людьми». Лица «Зубров» светлеют, они крепко жмут мне руку и тихо исчезают за дверью, но слухи об их фиаско, моей феноменальной памяти и сверхъестественном чутье на «фишку» быстро распростанились в замкнутом пространстве. Больше мне никто за всю дорогу играть не предлагал.

«Подлизаться хочет».

В эту минуту из коридора доносится скрипучий голос проводника.

— Через полчаса Хабаровск, стоянка поезда тридцать пять минут. — Последнее слово тонет в металлическом скрежете, поезд тормозит, останавливается и тяжело дыша медленно вползает на Амурский мост.

Хмурые Мехлис и Апанасенко, сопровождаемые своими порученцами, неслышно ступают по ковровой дорожке вагона, пассажиры дисциплинированно остаются в купе, пропуская начальство вперёд к выходу. Поворачивают головы назад, не задержался ли кто и привычно уже замирают с расширенными глазами и отвисшими челюстями.

На красной дорожке появляется Оля в форме лейтенанта госбезопасности: краповые петлицы, эмалевая шпала, зелёная гимнастёрка, синяя юбка до колен.

«В первый раз увидели в форме, а всё продожают смотреть на её грудь… на сверкающий орден Ленина».

— До свидание, товарищи, — серьезно, без тени улыбки кивает она головой безмолвным попутчикам. — спасибо за компанию.