Война. Часть 1 (СИ)

Напарник, ещё не отошедший от горячки боя, порывисто вскакивает на ноги, левой рукой хлопает по прицельной планке, правой — берётся за ленту… Неожиданно тёплая волна накрывает меня сверху, липкой пахучей гущей брызжет в лицо, растекается по груди, наваливается всей тяжестью, опрокидывает на спину и только после этого по ушам бьёт сухой треск пулемётной очереди.

— Майор, ты жив? — сильные руки тянут с меня тело Аниськина, голова которого безвольно мотнулась на шее, открывая обезображенное выходным отверстием пули лицо.

— Я в порядке… — и тут же острый желудочный спазм выворачивает меня на изнанку.

— Прямо в затылок, не почувствовал ничего… — шепчет старшина, а сам уже колдует над пулемётом и не глядя суёт мне свою фляжку. — ты на вот, выпей чуть.

Успеваю сделать два больших глотка прежде, чем спирт перехватывает дыхание и обжигает горло.

— Давай, берись за ноги, спрячем его в расщелине.

— Нет, старшина, погоди, — расстегнув пуговицы на вороте и манжетах гимнастёрки, стягиваю её с себя через голову.

 — снимай с него…

— Это правильно, товарищ Чаганов, — мгновенно схватывает мою мысль старшина, — это чтоб самураи подумали, что убили вас, хорошо придумали… и документы оставляете? Тоже верно, не узнать теперь Аниськина по фотографии.

«Кроме партбилета, у него нынче особая цена».

— Лейтенант госбезопасности Мальцева, — кричит Оля, стараясь заглушить работающий неподалёку электрогенератор, быстро проводит перед глазами адъютанта заместителя наркома обороны своим служебным удостоверением и прячет его в нагрудный карман гимнастёрки, — товарищ Мехлис ждёт меня.

— Да-да, конечно, — кадык молодого полковника дёргается вверх, карие глаза мутнеют от гипнотического блеска ордена Ленина на груди девушки, — только там сейчас…

Оля решительно поднимает полог палатки и проскальзывает под ним внутрь, в нос ударяет сильный запах карболки. На хирургическом столе, ярко освещённом электрическим светом, лежит тело, укрытое с головой серой простынёй.

Девушка, не обращая внимания ни на стоящего у стола человека в белом халате и маске, ни на группу военных, переступающих с ноги на ногу чуть поодаль, стремительным неслышным шагом приближается к телу и без колебаний откидывает простыню, все находящиеся в операционной, кроме неё и врача, дёргаются и отводят глаза в сторону.

— Это не Чаганов. — облегчённо выдыхает она.

— Как не Чаганов? — загремел на всю палатку голос Мехлиса.