Война за проливы. Операция прикрытия

По крайней мере, я надеюсь на это – что прежде чем погибнуть, нам удастся получить самое яркое в жизни впечатление…

– Дорогая… – Наконец обратился ко мне супруг, – что ты скажешь? Ты какая-то молчаливая. – Он внимательно вглядывался в мое лицо. – Ты все же считаешь, что нам лучше уйти? Скажи!

– Нет, что ты… – ответила я. – Ты прав – нам нужно остаться дома. Там, – махнула я рукой в сторону окна, – для нас больше нет места. Так нам надо будет прожить еще два дня, после чего мы либо выживем, либо умрем. Все когда-нибудь умирают, да только сделать это можно по-разному.

Знаешь, раньше я не понимала, как это военные моряки могут идти навстречу смерти, переодевшись в чистое и надев все ордена, а теперь поняла. Главное в этом деле – привести свою душу к покою и осознать свою внутреннюю моральную правоту.

Кажется, он ждал, что я продолжу – он с ожиданием смотрел на меня в течение минуты. Но я сказала все, что могла сказать. Наконец, убедившись, что я не собираюсь продолжать, он с облегчением вздохнул и произнес:

– Никогда еще я так не был готов умереть, как сейчас… Ты знаешь, во мне нет страха, вовсе… Наверное, это потому, что происходит то, что и должно… А тебе? Тебе страшно?

Он, очевидно, хотел сказать что-то ободряющее, но не успел.

Мне захотелось все же высказать ему все то, что беспокоило меня. Выговориться, снять напряжение…

– Ты знаешь, отчего мне страшно? Нет, не оттого, что смерть так близка. Не оттого, что там, под нашими окнами, безумствуют люди, сбросившие маски и превратившиеся в диких зверей.

И вероятный Апокалипсис, о котором ты говоришь, тоже не пугает меня… потому что на самом деле я не верю, что это он. Это совсем, совсем другое!

Муж смотрел на меня внимательно, с удивлением.

– Продолжай, – кивнул он и налил себе еще чаю.

– Не будет никакого Апокалипсиса. Точнее, он будет не для всех… В России и без всякого апокалипсиса жизнь становится лучше… Не перебивай. Я не поверю, если ты станешь утверждать, что у тебя в голове ни разу не промелькнула мысль: «а вдруг все рассказы о происходящем в России – правда?».

Так вот… Я все больше прихожу к тому, что мы с тобой, вероятно, где-то заблуждались, а те, кого мы с таким пылом проклинали, оказались во всем правы. Да они не могли быть неправы, ибо пришельцам из будущего были наперед раскрыты все законы общественного развития и ведомы все удачные и неудачные образцы… Мне страшно потому, что, быть может, мы совершили ошибку и принимали за истину всего лишь ее отражение в колеблющейся поверхности воды.