А королю на старости лет что-то не особо хотелось в изгнание. Он правил Румынией уже сорок два года, и эта работа ему нравилась. И вообще, дали бы старику спокойно умереть, не мучили бы различными проблемами. Ведь еще год-два – и все, в склеп на вечный отдых…
Поэтому, не будучи уверенным в правильности решения, которое он мог бы принять с перепугу, не оценив всех его последствий, Кароль Первый позвал на совет наследника престола. Ну а поскольку единственная дочь короля умерла в младенчестве, то наследником в румынском королевстве числился его племянник по имени Фердинанд – естественно, тоже Гогенцоллерн-Зигмаринен.
Но племянник представлял собой не Бог весть какое сокровище – так, безвольная тряпка и пустое место. Единственным настоящим увлечением в жизни наследника румынского престола была ботаника. Зато всеми необходимыми монарху качествами, причем в избыточном количестве, обладала его жена Мария Эдинбургская и Саксен-Кобург-Готская, дочь Альфреда Эдинбургского, младшего брата нынешнего британского короля и Великой княжны Марии Александровны, дочери русского царя Александра Второго и сестры Александра Третьего.
У самого Кароля тоже была жена-королева, но ее интересы лежали больше в литературно-художественном, чем в политическом направлении, поэтому разговор проходил в ее отсутствие. Зачем зазря волновать пожилую женщину, которой в декабре исполнится шестьдесят пять… Пусть пишет свои дамские романы на немецком языке.
– Итак, племянничек… – проскрипел навстречу наследнику и его половине Кароль Первый, – должен сообщить тебе пренеприятнейшее известие.
Ее, – кивок в сторону принцессы Марии, – русский кузен Михай намерен отнять у нас Добруджу. И добро бы для того чтобы присоединить ее к своей Империи, – но нет, он хочет отдать отнятую у нас провинцию этим никчемным болгарам. И в этом его молчаливо поддерживают как наши германские родичи, так и британский король. Хотя Эдуарду Седьмому сейчас немного не до политики, потому что на Британию падает огромный метеорит.
Правда, при этом он падает еще и на Францию, но думаю, хе-хе, что англичане с французами сами решат, на кого он упадет сначала, а на кого потом. В любом случае, в связи с такой коллизией, мы остались против русского медведя один на один. При этом у нас до сих пор сохраняется возможность попросить помощи у императора Франца-Иосифа, но не думаю, что это допустимый вариант.
