Войти в бездну

А самка им сигнализировала – „атаковать, уничтожать, бить…" Но мы не могли выпустить самцов. Двери клеток вели в помещение, где мы забаррикадировались, и если бы животные вырвались, нам пришел бы немедленный конец. Даже сигналы инфразвуковых ретрансляторов на них не действовали. Самцы словно поняли, что этим сигналом их обманывают, а истинные приказы испускает живая самка.

Марго убили почти сразу. Наверное, случайно – снаряд гранатомета попал ей прямо в голову. Потом я заметил, что какие-то европейцы (вероятно, из научного персонала, нанятого „Новым Джихадом") упаковывали Марго в толстый пластик… Мне было очень жалко эту огромную, нескладную и злую тварь.

Все-таки я научился „разговаривать" с ней, фактически вступив в контакт.

Сразу после гибели самки террористы ринулись в последнюю, самую отчаянную атаку. Они потеряли не меньше трети своих, но отбили административный корпус и на ПМК мистера Джастина, куда выводились данные системы самоуничтожения, вдруг появилась надпись: „Заряд деактивирован".

Я не сомневаюсь в том, что подкупленный шейхами „Нового джихада" человек сообщил им коды для использования бомбы – недаром атака на S-801 была такой стремительной, джихадовцы знали, что им может грозить через полчаса после активации ядерного заряда.

Когда они ворвались в комплекс лаборатории, мы почти не сопротивлялись. Иных в спешке так и не выпустили из клеток. Наверное, потому, что сами их боялись. Думали, что люди окажутся менее беспощадными. Ошиблись.

Какой-то бородатый араб в „полярном" камуфляже с зеленой повязкой на рукаве осмотрел всех, проверил личные карточки и отобрал четверых.

Никто не заметил, что полковник Кеннет протиснулся во время штурма лаборатории через редкие прутья вольера, где содержалась Марго, и выпрыгнул в открытый шлюз…

Четверо – двое биологов, начальник отдела „чужого контакта" и я, как ведущий специалист по зооморфным звукам, были отделены от остальных и отправлены на „Киото". Мы еще не успели выйти из лаборатории, когда раздались выстрелы.

Джихадовцы убивали остальных моих коллег. Просто отогнали к дальней стене и расстреляли.

Вряд ли я когда-нибудь забуду этот день».

В НЕБЕСАХ И НА ТВЕРДИ

– Перспективка, однако… – Казаков, развалившись, сидел в одном из кресел кают-компании и со строгостью взирал на компьютерных техников. – И что, ничего нельзя сделать?

– Абсолютно ничего, – вздохнул Бишоп. – Там не просто отключено энергоснабжение периферийных комплексов, но даже прострелены замки.