Войти в бездну

Начиная от этого не слишком шикарного, но крепкого и надежного корабля, предупреждения «Деда Мороза», странного поведения ребят из патрульной службы Проксимы Центавра и заканчивая некоторыми другими малозначительными деталями. Я уж не говорю о недвусмысленном отказе Николая Андреевича Бибирева беседовать с вами. От такого количества подарков действительно может закружиться голова и из зрячих мы постепенно станем слепыми. Мы не напуганы, мы удивлены. Удивление приводит к замешательству. Замешательство – к потере способности адекватно оценивать ситуацию.

Отсутствие адекватной реакции – слепота. Видите, как прав был старик Моисей?

– А применительно к этому моменту у вас нет соответствующей цитаты? – усмехнулась Маша. Из-за тесноты пилотской кабины ей пришлось усесться на подлокотник и держаться за плечо лейтенанта.

– Есть, – согласился Гильгоф. – Только не из Торы. Из христианского Нового Завета. «В начале было Слово». Не будем толковать это с теологической точки зрения, глянем прагматически.

Слово подразумевает общение. Общение – обмен информацией и анализ таковой. Кто имеет сказать что-нибудь умное?

Воцарилась настолько долгая тишина, что Ельцова про себя рассмеялась: «Судя по общему молчанию, ничего умного породить мы не можем».

У двери почти незаметно нарисовался Бишоп, хотя его вовсе не приглашали. Однако никто не был против его присутствия.

– Давайте сделаем так, – наконец подал голос Казаков. – Пусть каждый из офицеров и научных сотрудников выскажет свое мнение о происходящем.

Вспомнит любые детали, которые могут хоть как-то пролить свет на наше положение. Знаете, господа, я, да и, наверное, большинство находящихся здесь военных привыкли мыслить простыми и ясными категориями – у нас есть приказ, и мы должны его выполнить. Собственно, за жизни людей в погонах я не боюсь. Как-никак, мы профессионалы. Но странности, сопровождающие эту операцию, заставляют меня беспокоиться о гражданском персонале…

Говорили долго, зачастую (по мнению Маши и Казакова) разводя ненужное словоблудие.

Слава богу, никому и в голову не пришло оспаривать приказ руководства. Ельцова рассказала об Удаве Каа, странном нападении на машину по дороге в аэропорт и своих мыслях о «Деде Морозе», вернее, о его происхождении.

Бишоп, не меняя невозмутимого выражения лица, поведал о непонятных закулисных интригах в Исследовательском центре в Цюрихе.