Справишься?
— Конечно! — заверил Скотч, с некоторым изумлением чувствуя, что морально оживает с каждой секундой. Даже боль куда-то отступила. Возможно, Скотч подспудно дошел до мысли, что досаду и злость правильнее выместить на скелетиках, чем на своих, будь они хоть во сто раз черствее и бесчувственнее Семенова.
Подошел разведчик-капитан.
— Кого из гражданских разумнее оставить за старшего? — спросил он очень серьезно. — Разумеется, из здоровых. Скотч, ни секунды не сомневаясь, ответил:
— Костю!
— Позови!
Спустя секунду непривычно мрачноватый Цубербюллер предстал.
— Константин! — обратился к нему капитан. — Мы не можем тащить раненых вплотную к космодрому, пока там хозяйничает арьергард шат-тсуров. Поэтому раненые останутся здесь. Останутся также два моих солдата, а вас я попрошу оказывать им любое возможное содействие. Справитесь?
Цубербюллер молча кивнул.
— Этот — точно справится, — подтвердил Семенов. — Кстати, он твой земляк, Отто.
— Да? — заинтересовался капитан, поглядел на Семенева, потом на Костю и протянул ему руку: — Оттмар Эберхартер, Вайдхофен, Пламмер-двенадцать!
Турист широко, но не очень радостно улыбнулся в ответ:
— Константин Цубербюллер, Баунаталь, Пламмер-двенадцать! Хотя, сейчас я перебрался на Беренгалз.
Приятно встретить земляка!
— Земляка всегда приятно встретить! Особенно… в таком месте и в такое время. Капитан обернулся:
— Милютин! Шварц!
Рядом мигом оказались два пехотинца."
"— Остаетесь в охранении. По всем вопросам контакта с гражданскими — обращаться к нему.
Познакомитесь сами…
— Прошу прощения…
Скотч повернул голову на голос — слов он почти не расслышал. Остальные тоже обернулись.
Незаметно приблизился советник Паулиста; он явно хотел что-то высказать капитану. Собственно, он и раньше пытался это сделать, но капитан был занят с Семеновым, а Скотч этого просто не заметил, поскольку пребывал в прострации.
— Я — советник президентского форума Фалькау Хенрик да Соуза Паулиста, капитан. Не могли бы вы…
— Не мог бы, — отрезал капитан тоном, не допускающим возражений.
— Простите, у меня нет времени.
По его команде девять из одиннадцати пехотинцев и «канониры» (кстати, кем бы они ни оказались на самом деле — канонирские обязанности все четверо исполняли в полной мере) выстроились в шеренгу.
— Кстати, — заметил Семенов. — Возможно, нам придется разделяться, а значит, не помешают проводники. Предлагаю взять с собой не единственного аборигена.
