Так вот, именно части и я создаю… Но разные части. Грубо говоря, нахожу руку Влада в прошлом, убираю из нее, условные десять процентов, а затем «лечу» эти пробоины. Параллельно я переношу эти десять созданных-вылеченных процентов в нашу реальность — вон уже проявляются они на месте руки.
Ну а затем берём другие десять процентов…
Повторять, пока полностью не создашь конечность."
"И всё же давались мне эти махинации большим трудом. Фая из моего Сосредоточения и энергетический болван старались изо всех сил, взяв на себя часть расчётов.
А воды источника помогали мне с процессом исцеления, облегчая его.
В какой-то момент я потерял счёт времени.
Я уже не перестал отслеживать реакции окружающих, полностью сконцентрировавшись на руке брата.
И…
— Благодарю, Максим, — севшим голосом произнёс Влад.
Мотнув головой, я понял, что мой братишка с благоговением смотрит на свою новую-старую конечность. Сжал-разжал пальцы, повёл рукой…
И принялся разглядывать тыльную сторону ладони.
Ту, где располагалась Метка.
Пожалуй, именно из-за Метки мне сейчас и пришлось превозмогать. Без нее было бы гораздо проще. Столько сложных энергетических контуров в этой Метке… И ведь если собьёшься — сломаешь человека полностью. Не так запитал контур и БАХ!!! Взрывается вся энергосистема, и нет больше Влада.
Но обошлось.
— Не за что, братец, — произнёс я. — Полагаю, теперь ты можешь составить мне компанию в чаепитии? Сможешь одновременно и чашку поднимать, и пирожное держать.
— А может, лучше кружку пива и закуску? — хмыкнул Влад.
— Можно и так, — одобрительно кивнул я.
* * *Спустя минут десять мы с Владом сидели на кожаных креслах в музыкальном зале — небольшой комнатке в стиле лофт, заставленной грампластинками. Эдакое место для духовного отдыха, созданное по просьбе Кристины. Причём, когда во время ремонта Кристи внесла это предложение, Пожарская его тут же одобрила.
А потом ещё и Лиза нахваливала «элегантное решение».
А сейчас, порой, сюда с моего графского дозволения захаживают Олег с Батуми и слушают «Заточку».
Влад, как только увидел музыкальный зал, словно маленький мальчик в магазине игрушек, принялся разглядывать пластинки. Выбрал одну, хотел её схватить, но покосился на меня и спросил:
— Можно?
— Нужно, — кивнул я.
