Волчье кладбище

Четыре дня и четыре таких же ещё ночи.

Утром на занятиях все клевали носом.

Послышался храп и за ним – хохот.

Смех прекратился, храп стал ещё громче. Мистер Треверс прошёл к развалившемуся на столе Тео и как следует треснул палкой в дюйме от его головы. Тео подскочил на месте. Глянул в растерянности на преподавателя, на меня. Я улыбнулся и помахал рукой. Вновь смешки. В лице Тео, с отпечатком рукава на щеке, читались досада и раздражение.

Я продолжил вялую борьбу со стариной Плавтом.

Через полстраницы начало казаться, что кафедра странно завибрировала, несильно, чуть слышно.

Вскоре я понял, что это бухали шаги в коридоре, разъярённая поступь нарастала, приближаясь. Я поднял взгляд на аудиторию и посмотрел в сторону дверей. Преподаватель и ещё несколько голов повернулись в том же направлении. Адам уставился на меня, хмуря брови.

Двери резко распахнулись и ударились о стены. Перед нами стоял Диксон, лесник, в руке он держал ружьё.

Вид его был дик и страшен. Грудь тяжело вздымалась, глаза мерцали злобным огнём, рубашка взмокла, и редкие волосы прилипли ко лбу.

Прерывистое дыхание звучало в кромешной тишине. Цепкий охотничий взор уставился в середину зала.

Тео сразу забыл о сне и задрожал. Позади Диксона стоял Дарт. Он, видимо, вошёл вместе с лесником.

– Прошу, сэр… В чём дело?.. – тихо произнёс Дарт.

– Кальмар, – прошипел Диксон, переводя дух. – Большой кальмар изнасиловал мою дочь!

Книга почти выпала из моих рук. Я удержал её, мои ноги задеревенели.

Мистер Треверс, стоявший позади Тео, прижимал к груди ладонь.

– О чём вы говорите? – спросил он.

– Об этой падали, – гневно бросил Диксон.

Он подхватил ружьё второй рукой и прижал приклад к плечу.

– Чёрт! – затрясся Гарри и пригнулся к столу. Он наполовину загораживал Тео от выстрела.

Все заорали и бросились на пол. Дарт обхватил лесника сзади, пытаясь отобрать оружие. Грохнул выстрел. Раздался чей-то вскрик. Мимо открытого окна с шумом пронеслась стайка вспугнутых жаворонков. Дарт и Треверс сражались с Диксоном. На шум из коридора прибежал Секвойя.

Ружьё выпало из рук Диксона, лесника скрутили и держали втроём.

– Врача! Срочно! – кричал Питер.

Я подбежал, рядом с ним лежал Робин с окровавленным плечом, в левом рукаве пиджака зияла дыра от выстрела. Робин шипел сквозь зубы, пытаясь превозмочь боль. Кто-то бросился в коридор за помощью.

В дверях показался Милек Кочински, его круглое лицо побледнело.

– Бастард у тебя родился! – рыкнул Диксон.

Кочински заметил на полу ружьё.