Волчье сердце

Нет, тогда я позже позвоню, не могу сейчас говорить... Гости у меня... Потом позвоню... Дети, говорю, приехали, не могу говорить! Дети у меня! — повысила тон. — Вот глухая тетеря... — Деловито отложив телефон, снова сконцентрировалась на внучке: — Что-то ты сегодня совсем тихая. Совсем ничего не говоришь.

— Вера просто устала, — объяснился Янис и раньше, чем бабушка успела высказать недовольство по поводу рабочего графика Веры, добавил: — Она уже взяла отгулы, чтобы отдохнуть.

— Это правильно. Надо себя беречь.

— Кстати, я решила после развода сменить фамилию. Девичью верну. Буду опять Мамаевой. Хотя, блин, столько возни с документами. Я везде и всю жизнь Ряшина.

— А я говорила, чтоб не меняла, — упрекнула Евдокия Степановна.

— Новой жизни же захотелось. Чтоб все по-новому, — легко сказала Вера и посмотрела на Яниса, и он, несомненно, понял ее взгляд.

Смена фамилии была еще одним способом убежать от прошлого. От него.

— Могу помочь поменять фамилию, — с улыбкой предложил Янис.

— Я как-нибудь сама с этим разберусь, — покривилась она.

— Кстати говоря, свет-Владимирович, я тоже давеча тут вспоминала, чего фамилия у тебя такая мне знакомая. Ну точно же! Я ж твоего папу знала! — огорошила их вдруг Евдокия Степановна.

— Серьезно?! — удивилась Вера. — Ты мне не говорила.

— Так я и сама не сразу вспомнила. Потом дошло. Мамка их у нас рожала. А мы папке наследников вручали.

— Так мы, бабуль, получается, с тобой с детства знакомы, — развеселился Янис.

— Получается, что так. Только не могу сказать, кто из вас у меня на руках был: ты или братик твой. Вы ж одинаковые.

— Нет, Ба, они не похожи. Вернее похожи, но их не спутаешь, — тоже рассмеялась Вера.

— Сейчас-то не спутаешь, надо полагать. А вот в первые дни отроду совсем одинаковые были, особенно без пеленок, — зашлась смехом бабуля, потом утихла и вздохнула: — Да, вот такие дела... Помню, помню... дневал и ночевал папка ваш у роддома, все хотел на детей взглянуть.

— А почему не подходила? — спросил Янис.

— Кто ж ее знает, — задумчиво откликнулась бабуля, разглаживая едва заметный залом на скатерти. — Не раз у нас потом была...

— Бабуль, пойдем чай заварим, — быстро сказала Вера и встала со стула.

— Зачем была? — спросил Майер.