Волчье сердце

Жаль, что рано их покинула, он бы о многом сейчас хотел ее расспросить.

— Сынок, я тебя чем-то расстроила? Или как-то перед тобой провинилась? — вдруг спросила Евдокия Степановна. — Ладно Верка, а я-то в чем виновата?

— Нет. Почему ты так решила? — удивленно отозвался Янис.

— А чего ты тогда машину отослал?

— Чтоб тебе не докучали. Не беспокоили.

— Да никто мне не докучает! — энергично возразила она. — Я уж и привыкла к нему, он меня обещал завтра на рынок свозить.

— Вот оно что, — рассмеялся Янис.

— Ну! Все равно ж следит за мной. Вместе приехали — вместе уехали. И мне удобно, и ему меньше забот. Неужто у тебя других водителей нет? Мне еще шторы все снять надо для стирки. Потолки вон какие высокие, куда ж я полезу, голова как закружится... Раньше мне Вера помогала, а теперь кто поможет... Я ж беспомощная совсем... Свет-Владимирович, верни мальчишку, а?

Янис глубоко сомневался в ее беспомощности, но все равно не смог отказать:

— Ладно. Считай, он теперь в твоем полном распоряжении, раз тебе так сильно надо.

— Спасибо, сынок! Давай я тебе коньячка налью. А то сидишь с таким видом, будто схоронил кого.

— Лучше водки, — попросил Майер, вспомнив про ее запасы маринованных огурцов.

Степановна засуетилась, доставая водку и огурцы. У нее будто гора с плеч свалилась. Вся округа уже знала, что у нее новый зять и он ее, дескать, так любит и уважает, что охрану приставил. Она Акимовну обещала на рынок свозить, а он вдруг машину отозвал.

— Ты, я смотрю, не переживаешь совсем, — заметил Янис.

— Старая я уже за сердечные дела переживать. Вы с этим сами разбирайтесь. Ты же не собираешься разводиться? — вдруг забеспокоилась она. — Любит тебя Верка, любит. Подумаешь, уехала на пару дней...

— На две недели, — уточнил Янис, опрокидывая в себя рюмку водки.

— Слушай, а как ты хотел? — вскинулась бабуля. — Тебе ж она нужна, а не какая-то другая. Ты ж на Верке женился! Вот какая Верка — такая у нее и любовь! Упрямая, своенравная...

— Вспомни, — попросил он бабушку, — к кому Вера могла поехать? Друзья, родственники?

— Я тебе все уже рассказала, свет-Владимирович. Мне бы только знать, что с Верой ничего дурного не случилось. Я уж молчу, но мысли-то всякие лезут.

— Выбрось эти мысли. С Верой все в порядке.

— Ты уж проверь там всех...

— Я уже всех проверил.

— Точно, — сказал Майер и осекся.

Не всех. Одного человека он не проверял. В одном человеке он до этой минуты не сомневался.