Волчье сердце

Они поднялись по лестнице с коваными перилами и вошли в помещение, отделанное старинной доской со вставками из зеркал. Янис присел на край большого письменного стола и взглянул на Андрея вопросительно. Зная, о чем именно будет разговор, он предоставил Андрею возможность высказаться первым.

Рысь остался стоять. Сунул руки в карманы брюк и застыл, будто не мог подобрать слов.

— Что случилось? — еще раз спросил Майер, подталкивая друга к беседе.

— Думаю я, — вздохнул Андрей. — О том, могу ли я тебе доверять, как раньше.

— А я как-то себя скомпрометировал, что ты задаешься этим вопросом?

— Ты встречался с Филатовым и не сказал мне об этом. Я все ждал, когда же ты скажешь, а ты все молчишь.

Андрей внимательно изучал реакцию Яниса. Нужно было убедить Рыся, что предавать его никто не собирается. В этой войне с Филатовым, Янис всегда на его стороне и никогда не переметнется на другую.

— Потому что это не стоило твоего внимания. Не я с ним встречался, а он искал встречи со мной. Это разные вещи.

— Но ты не сказал, — продолжал давить Андрей.

— Ты же знаешь, когда это было. Праздничная суета, толпа гостей, счастливая супруга. Было бы странно вести такие разговоры. Неудобный был момент.

— Спасибо, что так заботишься о моем благополучии, — проговорил с прохладцей.

Янис помолчал и быстро опустил взгляд, чтобы скрыть поднявшуюся волну злости. Когда он вновь поднял глаза, ничего в них не отражалось. Они были спокойные и блестящие, как водная гладь озера в безветренную погоду.

— Бесспорно, Андрей, — безо всякого выражения проговорил он, — в моем положении меня должно интересовать только то, что и от кого я могу получить. Сколько я могу получить... Но все-таки остались еще моменты, когда деньги неважны. Я никогда не буду поддерживать интересы Фила. Что бы ни случилось. Я заработал возможность самому выбирать, с кем вести дела, а кого послать подальше.

Янис говорил искренне. Какова ни была правда насчет смерти отца, он не собирался иметь с Филом никаких дел.

И не только потому, что именно он подкинул дикую версию о причастности Рыся-старшего, но и потому, что испытывал к этому мужчине личную неприязнь. С Андреем они успели заключить ряд договоренностей, и нарушать их было не в правилах Майера. То, что смещение Филатова сулит и ему самому большую выгоду, лишь послужит дополнительным стимулом держать эти две линии параллельно.

Прежде чем ответить, Андрей смерил его проницательным взглядом. Раздумывал, верить или нет.