Волчье сердце

— Это все, что я помню, — твердо повторила Вера.

Рида сидела потрясенная и долго не задавала вопросы.

Потом она ободряюще улыбнулась:

— Послушай, хорошо ведь, что ты все вспомнила. Теперь тебя не будут мучить всякие вопросы.

— Ты не знаешь, о чем ты говоришь, — резко сказала Вера.

— Да, не знаю. Зато я точно знаю, что после той ночи ты сильно изменилась. По крайней мере, теперь понятно почему. И теперь ты сможешь это все проработать.

— Мне и до этого прекрасно жилось.

— Никто не говорит, что тебе плохо жилось.

.. Ладно, не будем, — отступила подруга и схватила со столика свой пустой бокал. — Я хочу еще выпить. И тебе советую.

— Я принесу тебе бренди.

— Прости, я не могу. Мне надо уйти.

— Я тебя никуда не отпущу! Ты останешься у меня!

— Нет. Я хочу домой.

— Я беспокоюсь. Я себе места не найду, если ты уйдешь.

— Со мной все хорошо, — улыбнулась Вера и, пройдя в прихожую, взяла с вешалки свое пальто.

— Ты уверена? — Рида слишком хорошо знала подругу, чтобы эта лишенная радости улыбка могла ее обмануть.

— Да. Я завтра тебе позвоню. — Сунула руки в рукава и застегнулась.

— Ладно, — смирилась Рида, нехотя открыла дверь и грустно улыбнулась: — Позвонишь мне завтра?

— Позвоню, — пообещала Вера и ушла.

Она совсем не была уверена, что с ней все хорошо, но одно знала точно: ей нужно уйти. От подруги, от вопросов, от всех этих разговоров. Что-то неизмеримо худшее, чем она уже вспомнила, что-то ужасное выплывало из глубины сознания. То, что сделает ей очень больно.

...Ветки хлестали розгами.

Стук сердца громом отдавался в ушах; воздух вырывался из груди короткими, паническими толчками. Она бежала. Потом запнулась и кубарем полетела вниз. Оглушенная, с трудом сделала вдох, затем другой, глотками всасывая сырой запах травы и земли. Пыталась встать, но не успела. Со связанными руками это было непросто. Мужчина, гнавшийся за ней, оказался рядом и схватил ее за куртку. Вера пыталась вырваться. Пыталась позвать на помощь, но вокруг не было никого, кто мог ей помочь. Он ударил ее за дерзость, снова сбив с ног. Удар вышиб воздух из легких. Она не могла дышать, не могла шевельнуться. По щекам бежали слезы страха.

«Еще раз дернешься, и я сделаю с тобой то, что сделал с твоими дружками!»

Грубо подняв с земли, мужик потащил ее обратно. Туда, где на коленях стояли те двое парней, которые прицепились к ним в клубе.

«Они не мои дружки... не мои дружки... я их даже не знаю...»

Сознание уплывало от нее. Смутно доносились спорящие голоса.