Волчий билет

Но ни духи, ни вкусные запахи, ни привычная деловая обстановка этого места, ни даже две кружки настоящего пива не помогли мне разрубить этот гордиев узел. Я как в тупик попал, со множеством неизвестных. Хотя нет, я понял, что выход здесь один.

– О, ты уже размят, я вижу, – войдя в банкетку, скидывая гражданский пиджак, здороваясь, улыбался во все красное лицо Семеныч. Мне показалось, что он уже выпивший, но разве его поймешь, с уверенностью? Кажется, ему нужно больше бутылки, в одного, чтобы только он попал в круг подозреваемых.

– Думаю, у тебя хорошая новость для меня, давно мы здесь уже не встречались, – сказал он, вальяжно присаживаясь, с явным намеком на пакет, который ждал его под столом, у меня под рукой.

– Да, Семеныч, одна хорошая, вторая плохая, как всегда, держи хорошую, чтобы легче пережить плохую, – достал я пакет и положил на его край стола.

Взяв пакет, Семеныч опытным взглядом оценил его содержимое, удовлетворенно кивнул, убрал себе под стол.

– Действительно хорошая, подожди, распоряжусь, – добавил он и вышел.

Вернулся он уже с официанткой за спиной, с полным подносом, бутылкой водки и закусками. Теперь я за Хохла, подумал я, почувствовав неподдельную гордость.

– Не вижу повода не выпить, – начал он, за здравие. – Хотя у тебя же и плохая есть, – попытался за упокой, но по его довольной физиономии было видно, что ему теперь все нипочем. Деньги воистину – великая сила.

– Ладно, что у тебя? – попытался он сосредоточиться, разливая нам по стопкам запотевшую, самую дорогую, наверно, водку в этом ресторане, подождав, пока официантка не расставила все на столе, по ранжиру, и вышла.

– Вор этот, вот что у меня, Семеныч, если мы с ним не решим, этот пакет может быть последним, для тебя и для меня, для всех нас, – пошел я сразу ва-банк, только так можно заставить его серьезно задуматься об этой проблеме, решил я.

– Так, подожди, – действительно напрягся он, – Хочешь сказать он уже на комбинат лезет?

– Вот именно, местные от его имени начали работяг напрягать.

– Ладно, – протянул он мне стопку чокнуться. Выпили, закусили, Семеныч задумался, я не торопил.

– Что известно? Повелся уже кто-нибудь? – переварил все Семеныч.

– А кто его знает? – соврал я, а может, и не соврал, кто его, действительно, знает, может, уже и Дед не в курсе этой ситуации.