Волчий лог

У рыжей была удивительная способность развязывать людям языки. Вроде, и не собиралась делиться, а выложила чуть ли не всю свою биографию. Рассказала то, о чем много лет старалась даже не думать.

— Садись, — кивнула гостье на диван, — сейчас чайник поставлю.

Ника уселась и взяла в руки подушку. Причем выбрала мою любимую, с розами.

— Такие красивые цветы, — пробормотала рыжая, разглядывая тонкую гладь вышивки. — Как настоящие.

Уже позже, когда мы сидели за накрытым столом и пили чай из старинного дрезденского сервиза, я спросила Нику:

— Расскажешь о себе?

А что? Не мне же одной душу выворачивать? Пусть и рыжая постарается, раз уж у нас тут спонтанный «девичник» организовался.

Ника поставила чашку и подняла на меня взгляд. Он был таким серьезным, в самую душу заглядывал, словно разглядеть корень моего любопытства пытался.

— Ну про то, что случилось с моей семьей, ты уже знаешь, — придя к каким-то выводам, спокойно сказала рыжуха. — После их гибели бабушка забрала меня и увезла в Оренбург, подальше от клана.

Она даже дом свой бросила, не хотела, чтобы нас выследили. Поначалу было трудно, конечно, старались на всем экономить, но потом бабуля договорилась с одной кондитерской и стала печь на заказ торты и пироги, и мы смогли снять небольшой домик. Мы там такой огород развели! Круглый год свое ели, ничего не покупали. Баба Феня у меня мастерица была, столько разных закруток делала, в подвале до самой весны бочки с соленьями стояли, варенья всякие, наливка вишневая. До сих пор ее вкус помню.

Ника светло улыбнулась.

— Мы хотели со временем выкупить дом, но не получилось. Бабушка умерла, и мне пришлось уехать. Я как раз универ окончила, решила, что в Москве возможностей больше и работу найти проще.

— И как?

— Да не особо. Без опыта никому я там не нужна оказалась. Первое время хваталась за любую возможность заработать. Потом меня в одну фирму взяли, там нормально платили и можно было удаленно работать. А еще я копирайтом занялась. Тоже деньги.

Так и выкручивалась.

Ника бросила взгляд на часы и торопливо допила чай.

— Прости, Инга, мне бежать нужно, — подхватилась она. — Крыся там, наверное, уже весь дом разнес. Спасибо тебе, ты очень добрая.

Она улыбнулась и рванула к выходу, а я, ошарашенная ее словами, застыла на месте. Это я-то добрая? Только такая оптимистка, как Ника, могла в это поверить.

— Пока, — донесся до меня веселый голос рыжей, и в сенях хлопнула дверь.

Я покачала головой.