— А так захотелось что-нибудь подарить ей, дорогое, чтобы она себя почувствовала сильной личностью… Ты посмотри, какая она чудесная. Она не такая, не думай, хоть и приехала в компании… женщин древнейшей профессии. Даже если она и такая! Ну и что? Её, может, жизнь заставила? Я ведь тоже по электричкам… Экономические и социальные условия, волчьи законы капитализма… Если ты меня выгонишь, то, значит, и ты такой же.
— Ладно, потом разберёмся. А сейчас иди за этой… тварью! Не то ещё куда-нибудь залезет!
— Она не тварь! — вдруг осмелел Витюля.
— Ты ничего не знаешь!
— Знаю… Её привезли сюда по личному заказу этого… Каймака. Чтоб ублажить…
— По заказу?! Кто сказал?
— Стерва эта, их сутенерша…
— Н-ну, падла!.. — Герой выскочил в тамбур, но Ражный остановил.
— Ты как его назвал?
— Кого?
— Зверя!
Тот посмотрел на волчонка, пожал плечами:
— Никак… А зачем? Он же не собака…
— Ну тогда все, беги, — он посадил безропотного зверёныша в рюкзак и понёс в «шайбу».
Прежде чем выпустить, осмотрел забитую камнем яму у стены: конечно, не дурно бы залить бетоном — крысы снова нарыли нор, поскольку летом в мясном складе хранился фураж для подкормочных площадок. Но сейчас некогда, в крысиный ход не протиснется, а своего до утра не пророет…
— Ты понял, что сказано? Не смей трогать человека! Никогда! — и ещё раз швырнул на пол.
Волчонок преклонил голову перед ним, поджал хвост.
Ражный пошёл к двери, повесил рюкзак, хотел выйти, однако вернулся, сказал примирительно:
— Как назвать-то тебя?.. Чего молчишь? Волчонок вскинул голову, посмотрел ему в глаза. И взгляд был не звериный — человечий, от которого продирал озноб.
— Хорошо, молчи, — согласился он. — Тогда и имя тебе будет — Молчун.
Оставив свет, запер двери на замок.
Встревоженные гости колготились возле костра на берегу, забыв о стройотряде. Девушки сидели у воды, плели венки из кувшинок.
Уродливые подруги Каймака купались в реке обнажёнными и бесполезно зазывали к себе парней, изображая в воде лесбиянскую любовь. Юбилейное празднество было окончательно испорчено, никто не пил, не ел, а на хозяина базы посмотрели, как на врага, и готовы были наброситься на сей раз без шуток.
— Завтра в полдень у шефа самолёт в Нью-Йорк, — заявил начальник службы безопасности. — Он не может опоздать.
