Волчья хватка. Волчья хватка – 2

 – Я верю во всяческие буржуазные предрассудки…

– Какие там предрассудки? – грубо и угрожающе сказал Савватеев, выдавая врагу служебную тайну. – В районе операции за последние несколько дней два офицера погибли и около десятка получили тяжелые травмы.

Твистер и этого не устрашился и спросил с некоторым интересом:

– Там что? Идут боевые действия?

– Если бы…

– Отчего же погибают люди?

– По дури… В основном несчастные случаи.

Сейчас он должен был бы спросить или выразить предположение об исчезновении Каймака, как-то связанном с аналогичными случаями, но он словно забыл, зачем приехал в Россию и почему через свое руководство добивался участия в операции.

– Во всякой цепи случайностей есть явная закономерность, – проговорил мистер Твистер, словно сопровождая текстом какие-то свои мысли. – А какого характера травмы?

– Самого разного, – будто бы равнодушно отозвался Савватеев. – Кто с дерева свалился, кто наступил на провода под напряжением, кто споткнулся и упал… Там просто зона повышенного травматизма.

Поэтому я обязан обеспечить твою безопасность. А то за американского гражданина у нас строго спрашивают.

Он впрямую намекал на судьбу правозащитника. ФБРовец о нем не вспомнил…

– Это любопытно… Может, зона рассеянного внимания? – И спохватился: – Я постараюсь быть осторожным, не спотыкаться на ровном месте. Чтобы не было неприятностей из-за меня.

– Уж постарайся, Мыкола…

Похоже, розыск подданного США вообще его не интересовал.

И с этой острой, настороженной мыслью Савватеев неожиданно отключился и ткнулся подбородком в грудь. Он поднял голову, посмотрел на смутное набегающее полотно дороги и уснул уже осознанно и крепко, поскольку сбился со счета бессонных ночей…"

"Проснулся он в сумерках от света фар встречных автомобилей и обнаружил, что спинка откинута и он полулежит в кресле – водитель позаботился.

Мистер Твистер тоже спал, положив руки и голову на свой драгоценный чемодан, но стоило чуть пошевелиться, как он поднял голову с совершенно бодрым видом. Должно быть, проанализировал свое поведение, заметил собственную отвлеченность от главной темы и за всю дорогу задал единственный вопрос о Каймаке, который уже не мог изменить впечатления.

Ушедшие в лес диверсанты Варана чувствовали себя намного лучше, чем на базе.