Волчья тропа

Во мне кипела ненависть, превращая пот в пар, а кровь толстяка шипела и пенилась.

– Нет, я ему не понравилась.

Колби резко обернулся, сигарета выпала из пальцев. Я схватила его за грудки и прижала к перилам, приставив к горлу нож. Он поднял руки, сдаваясь, и уставился на меня расширенными глазами, словно увидел демона, вышедшего из ада. Кровь текла по моему лицу и струилась изо рта, а пылающие глаза покраснели от гнева и слез. Грудь была обнажена и покрыта кровью, отчего я и вправду выглядела как монстр.

– Ох… Элка… Что он с тобой сделал?

– А ты как думаешь? – ответила я.

"

"– Я не… – Его глаза бегали. Он искал помощи или пытался выдумать очередную ложь. – Я был уверен, что он тебе понравится, и вы поладите, когда останетесь вдвоем.

– Выходит, ты мне мужа хотел найти?

– Элка, пожалуйста… давай поговорим.

Черт, как же мне это нравилось.

– Десять, – сказала я.

Он наморщил лоб, вроде как я на другом языке говорила.

– Твой дружок уже не сможет жениться ни на ком. – Я прижала нож к его горлу. – Поэтому отдай мне те десять долларов, которые он за меня заплатил, и все, что у тебя есть.

За беспокойство, сам понимаешь. Быстро!

Колби начала шарить в карманах, а я подставила свободную руку, в которую он кидал монеты. Потом засунула их в куртку и широко улыбнулась, чтобы он увидел окровавленные зубы. Теперь у меня были деньги. Больше мне от Джеймса Эверетта Колби ничего не надо.

– Он… он мертв?

– Догадайся сам. – Я шагнула назад, отведя клинок от его горла, дала ему время вдохнуть и подумать, что я могу с ним сделать.

Потом покрутила нож в руке и стукнула Колби по голове костяной рукояткой. Он взвизгнул и, отступив, уткнулся спиной в борт. Я схватила его за воротник, вытащила из кармана ключ от каюты, а потом склонилась прямо к его уху.

– Надеюсь, ты умеешь плавать? – спросила я и перекинула дохляка через перила прямо в пенный след. Всплеска почти не было. Никто не завопил: «Человек за бортом», никто не бросился смотреть, из-за чего шум. Всем на корабле было плевать на пропажу этого типа.

Конечно, я могла проткнуть его ножом или перерезать ему глотку, прежде чем сбросить в воду, что я и собиралась сделать, но когда я взглянула в его глаза, страх остановил мою руку. Не его страх, а мой. Во что я превращусь, если еще раз увижу, как умирает огонь в человеческих глазах? Колби от меня избавился бы, не колеблясь, вот только у него такого шанса не было. Звери убивают, когда приходится бороться за свою жизнь. Вот и я за свою боролась.