Отравив его во время беседы о делах, он оставил тело в кабинете, а сам отыскал печать и заверил все подготовленные заранее документы. Утром барона нашли. Никто, конечно, не понял, что случилось с патриархом. Тот был в возрасте, да и сердце у него болело время от времени.
Удовлетворенный, Грумер принялся убирать и других наследников (на всякий случай, чтобы те и не подумали опровергнуть заверенные по всем правилам документы) – одного за другим. Когда в живых не осталось никого, он вернулся в столицу и передал документы гильдии.
Никого не интересовал мелкий, никому не известный пограничный барон, которого давно уже не видели в столице. Немудрено, что все прошло так гладко.
Грумер получил свой процент и, конечно же, пожертвовал на благое дело еще десять (дополнительных, если кто не заметил!) золотых. В тот момент его охватило чувство хорошо проделанной, важной работы.
Его мало волновали чужие смерти. Наоборот, Грумер считал, что просто избавляется от ненужного мусора. Эти аристократы все равно бесполезны, так зачем о них переживать?
Боунсы стали его очередным заданием, и он был намерен довести его до конца.
С ними все было просто.
Грумер до получения заказа на Боунсов пару лет вел дела баронства. Он собирался устранить их рано или поздно, поэтому заказ не стал нежелательным.
Именно поэтому он быстро организовал несчастный случай, в котором удачно погиб и сам барон, и его жена. Оставалась только наследница. Девка была малахольной и болезненной. Один из слуг, получив пару золотых, очень ловко столкнул ее с лестницы, а потом трусливо уволился, опасаясь, что кто-то узнает, что он сделал.
Далеко этот презренный трус, конечно, не ушел.
На удивление девчонка выжила.
Сначала Грумер решил действовать быстро и четко, но не стал спешить. Ему в голову пришла замечательная мысль. В тот момент он наслаждался хорошим алкоголем у одного прекрасного знакомого. Чего Грумер не понял, так это того, что «замечательная мысль» не была его собственной.
К ней его подтолкнули.
Как уже было сказано, он ненавидел аристократов. Ему нравилось, когда они страдают. Вот только те умирали слишком быстро – никакого веселья!
На этот раз он подумал провернуть все намного интереснее. Гильдии неважно, как именно он закончит дело. Их волнует только конечный результат. Они не станут вмешиваться, но, если надо, прикроют. Это знание развязывало Грумеру руки и окрыляло."
"Девка внезапно оказалась строптивой.
