Волевой порог

Он с удивлением увидел, что машину Буторин поставил капотом в сторону наступавших диверсантов.

— Товарищ подполковник, а мы не потеряем время на то, чтобы разворачивать машину, когда придется отступать?

— Слушай, бортстрелок, — вместо Шелестова ответил Буторин. — Про «отступать» забудь. Слово такое забудь. А машину нам сохранить нужно не для отступления, а для того, чтобы в критический момент протаранить их грузовик. Нельзя их отсюда на машине выпускать.

Шелестов и Буторин залегли среди камней по краям дороги и приготовились к бою.

Оба понимали, что бой неравный. Понимали, что в головной машине, скорее всего, рванула как раз взрывчатка, которую планировали поднять на скалы, чтобы взорвать над перевалом. Диверсанты остались без взрывчатки, они просто спасаются. И можно бы дать им уйти, не рисковать. Но о каком риске идет речь, когда бойцы на фронте намертво стоят каждый день? И вот пришел черед группы намертво встать здесь. Вот единственный приемлемый исход боя.

Две короткие пулеметные очереди заставили диверсантов спрятаться за машиной.

Водитель вел «Студебеккер», открыв дверь, чтобы успеть выскочить из машины. Его задача — подвести ее как можно ближе к ним. Над кабиной под тентом появился ствол пулемета, и он сразу начал поливать огнем скалы над позициями оперативников. Лютый пригнулся, прячась от ливня пуль, и диверсанты бросились вперед. Два автомата, бьющие с дороги, заставили их залечь, искать укрытия. Шелестов прицелился, не обращая внимания на пули, которые били в камни возле него, и короткой очередью убил водителя. Диверсант повалился на бок, и его голова свесилась к подножке. А машина продолжала медленно ползти вперед. Диверсанты стали отбегать к скалам, прятаться в камнях вдоль дороги и под прикрытием камней подбираться все ближе к оперативникам.

И тут сзади раздался рев моторов. Шелестов оглянулся и облегченно вздохнул. Из-за поворота вылетел легкий танк Т-50, а за ним два грузовика. Гулко ударил выстрел из пушки, и грузовик диверсантов взлетел на воздух. Машины остановились, и красноармейцы с криками «ура» бросились вперед.

Диверсанты вышли на дорогу и стали бросать оружие и высоко поднимать руки.

Работа на площадке кипела. Коган шел, глядя по сторонам, и напряженно размышлял, правильно ли он поступил. Да, взрывчатку, которая нашлась под кирпичами, пришлось изъять. Причем почти публично, с охраной. После такого шумного боя в горах скрывать, что контрразведка что-то нашла, было бы глупо. Диверсанты только насторожатся еще больше.