Волевой порог

 — Шелестов поспешно встал, складывая листок со списком и пряча его в полевую сумку.

Полевых госпиталей в Нальчике оказалось целых двенадцать. Но Шелестов прекрасно понимал, что каждый полевой госпиталь — это такая же воинская часть, как и любая дивизия или любой стрелковый полк. Только задачи стояли другие, и возглавлял госпиталь военный медик с воинским званием. Но самым важным было то, что госпиталю, как и любой воинской части, полагался свой оперативник из контрразведки. Пришлось в течение дня объехать все госпитали и поставить всем особистам задачу: найти среди раненых, находящихся в настоящее время на излечении, бойцов или командиров, чьи данные совпадали с данными из списка Шелестова.

И отдельно найти всех, кто проходил службу в воинских частях из списка Шелестова. Это были части, которые воевали в долине Баксана в 42-м и 43-м, вплоть до освобождения Кабардино-Балкарии.

Через сутки оперативники с покрасневшими от бессонной ночи глазами докладывали о результатах поиска. Никого из названных частей в госпитале не было.

Пятеро выписались и убыли к месту службы в течение полугода, восемь умерли от ран. Двенадцать человек из всех госпиталей совпадали по именам, отчествам и фамилиям с людьми из списка Шелестова. Но это было всего лишь совпадением. Никто из них не имел отношения к боям в долине Баксана, не участвовал в рейдах с альпинистами в Кабардино-Балкарии. Шелестов собирался возвращаться, когда к нему подошла немолодая худенькая врач с осунувшимся лицом.

— Простите, товарищ подполковник, я слышала, вы ищете людей, кто участвовал в боях в Баксане?

— Вы кого-то знаете, слышали об этом? — насторожился Шелестов, хотя ему хотелось отчитать женщину за такое невоенное поведение.

Ничего особенно секретного в его поисках пока не было, но подслушивать все же не очень хорошо. Или особист проболтался?

— Я участвовала в восхождении в октябре сорок второго года в районе перевала Бечо.

— Вы? — Шелестов уставился на женщину, не зная, верить ей или нет.

 — Как вас зовут? Сколько вам лет?

— Люся… простите, Людмила Артемова, кандидат в мастера спорта. Мне тридцать четыре года.

— Ну-ка, идите сюда, — Шелестов схватил женщину за руку и отвел по коридору в сторону окна. — Вы сейчас на дежурстве? Вас можно подменить? Нам необходимо поговорить!

— Я уже сменилась, товарищ подполковник. Двое суток на ногах, мне велели отдыхать, но у меня еще есть силы. Пойдемте в парк, там спокойнее. Раненые сейчас на процедурах.