"
"Общие экономические показатели, только от оптимизации процесса вознаграждения за труд, и появления возможности потратить деньги, оценивались Счётно-финансовой комиссией Верховного Совета в двенадцать процентов, что накладывалось на ранее достигнутые показатели, и умножалось на дальнейший рост благосостояния людей. Соответственно экономика разгонялась ещё быстрее, и для очень многих в правительстве было откровением узнать, что рост тоже нужно сдерживать, чтобы не получить неконтролируемые процессы, вроде экономических пузырей.
Зиму 1975–1976 года, страна встречала во вполне устойчивом состоянии. Процессы застоя в экономике удалось преодолеть и начать разгон, со США, без всяких договоров действовал режим сокращения всяких взаимных гадостей, а когда американцы поняли, что СССР в одностороннем порядке, без всякой торговли и выгадывания экономических преференций, сокращает армию, флот, и стратегические ядерные силы, то и у них появился соблазн сэкономить на войне.
Тем более, что СССР для гарантированного нанесения неприемлемого ущерба США, нужно было всего около тысячи боеголовок, а Америке, для того же требовалось боеголовок в три раза больше. И если учесть сплошное поле ПВО, действующее в Союзе, то для гарантированного прорыва этого заслона носителей должно быть втрое больше.
Американские экономисты посчитали, и схватились за голову, потому что любая война это прежде всего сражение экономических систем, и при таких соотношениях в требуемом результате, это не бизнес а сплошное разорение.
Конечно американская пресса представляла разоружение СССР как крупнейший внешнеполитический успех администрации Никсона, и вообще политики разрядки, а людям в СССР было совсем не до особенностей политического процесса в США.
Динамо и Крылья Советов сцепились в хоккейном чемпионате, встретившись ещё в первом круге, и к новому году накал в играх достиг такой точки, что на охрану стадионов стали приходить не милиция, а подразделения внутренних войск, созданные для борьбы с массовыми беспорядками.
Пока таких рот было всего пять, в самых крупных городах, но общий вид высоких и плечистых мужчин в полимерно-титановых доспехах, со щитами и длинными дубинками, сразу охлаждал горячие головы.
Делать им особенно было нечего, но Москва уже начинала готовиться к Олимпиаде 80 года, и само наличие таких подразделений, было положительно воспринято Олимпийским Комитетом.
